— Мне тоже! — Ответила Женька.

С той стороны экрана послышался какой-то шум и в кадр с истошным криком: — Деда, деда, деда! А я тебе сейчас такое расскажу! — Влетела маленькая светловолосая девочка, взобралась на колени генерала, поцеловала того в щёку и только собралась что-то рассказать как увидела на экране Шепард. Глаза ребёнка широко распахнулись, она ахнула и ещё громче закричала: — Тётя Женя, здравствуй! Тётя Женя ты где?!

— Пойду, завтрак приготовлю. — Шепнула она Женьке, та кивнула в ответ, продолжая весёлую болтовню с генералом и маленькой девочкой.

(— Интересные факты о самураях:

Женька (ККА Нормандия, Цитадель 10 апреля 2383 г.)

Сижу у станка в инженерном, смотрю как лазером на тати, который я делаю уже так долго и всё не могу закончить, прорезаются иероглифы. Дело идёт медленно, поскольку кристалл, которым собственно и является зуб молотильщика, очень хорошо сопротивляется любой обработке. Рядом, за проекционным столом, сидит Рекс и пытается разработать скорострельную винтовку, ну или пулемёт. Для борьбы с целями типа ИМИР. Дело у крогана идёт медленно и, похоже заходит в тупик, так как все резервы стандартных систем давно уже исчерпаны и ни добавить ни убавить почти ничего невозможно.

— Рекс, не злись. — Говорю я. — Этим ты делу не поможешь.

— А чем поможешь, Шепард, этот ваш МГ, отличный ствол, только термоклипсы жрёт как песчаная прорва воду. И я просто не вижу, как справиться с этой проблемой.

— Что греет пулемёт?

— Форм-камера.

— Избавься от неё.

— Смысл? Тогда я буду таскать на себе, целую кучу боеприпасов.

— А так таскаешь термоклипсы, и если они закончатся, один хрен пулемёт бесполезен, даже если есть пудра.

— Угу, — пробормотал кроган, щёлкая кнопками проектора, — А если в ранец, — Сказал он, глядя на голограмму с пулемётом. — Ага, боекомплект можно довести до десяти-двенадцати тысяч выстрелов, но всё упирается в скорострельность, проклятье! Больше двух тысяч, не выходит и снова появляется нагрев уже от трения о воздух.

Пододвигаюсь к нему и разглядываю проект пулемёта. Удивительная смесь из разных конструкций и ранец с улиткой магазина. — Что, Рекс, один хрен тебя не устраивает?

— Я посмотрел кадры работы по этому проклятому дрону и вычислил, что если бы скорострельность одного из стволов была бы от трёх тысяч выстрелов в минуту, то кинетический щит выдержал бы лишь пятисекундный залп. А дальше всё просто.

— То есть тебе нужна скорострельность?

— Да!

— Попробуй многоствольную схему.

— Это какую?

— А с вращающимся блоком стволов, и чтобы не уводило, сделай два блока вращающихся соосно. Тот же ранец под боекомплект и решётки радиаторов на стволах для теплоотвода.

Кроган щелкал кнопками, водил световым пером формируя принципиальную схему пулемёта, когда закончил, дал команду программе произвести детализацию, используя имеющиеся в продаже типы стволов и разгонных модулей. На всё потребовалось около пятнадцати минут машинного времени, компьютерная программа обсчитала прочность внешнего подвеса, марки подшипников и систем подачи и вся конструкция вытянула аж на сорок килограмм веса, ну это с ранцем. Так же комп выдал примерный импульс отдачи и посоветовал применять технику с манипулятором. За образец взяли манипулятор с летунов и шаттлов, только облегчили и уменьшили подвижность, превратив в этакий кран. Сопрягли всю конструкцию с ранцем и собственно пулемётом и увиденное поразило нас обоих.

— Адская косилка! — Пробасил кроган, — Жаль БК только на три минуты хватит, зато какая мощь и никакого перегрева, а три минуты с такой скорострельностью это… — И кроган закатил глаза.

— Шепард, я в магазины, всё что нужно для пушки, можно купить на Цитадели, мелочи изготовим здесь на станке у Грега и к вечеру соберём. Как тебе эта мысль?

— Шуруй давай, я тоже хочу поучаствовать в испытаниях. — Отвечаю я, и кроган утробно хохоча, уматывает с корабля.

Два часа сидела одна, закончила тати, изготовила для него на станке ножны. И как раз сидела, оплетая их кожей, когда вернулся Рекс, нагруженный запчастями как верблюд. Свалил всё кучей у станка, разложил, обмерил на сканере. И начал изготовление основного разгонного блока. К нам заходил народ, смотрел на творчество. На мои ножны и меч, матово блестя, лежащий на столе. Зашёл Иесуа, взвесил тати в руке, крутанул, цыкнул зубом.

— Хочу такой же, Лиса! — Сказал Дроу.

— Бери заготовку в кладовой у Пакти и загружай в станок. Тянуть, как я не будешь, дня за три изготовишь.

— Угу! — Буркнул масай, выходя из отсека.

Кроган же, с подключившимся к нему Адамсом, продолжал собирать миниган. Периодически переругиваясь и внося на ходу правки в конструкцию, мужчины приближались к испытаниям. Уже включилась ночь на станции, когда всё закончили. Рекс, с помощью Дроу, надел ранец, подвигал лапой-манипулятором, прицепил к ней сам пулемёт, пошевелил им в стороны.

— Ну что, мягкотелые, пошли в тир испытаем? — рыкнул он.

Упаковали пулемёт в ящик, который я опечатала, ранец с боекомплектом понёс сам Рекс, аккуратно придерживая гибкий рукав. Дроу взял манипулятор, а пара десантников ящик с оружием. И всей командой пошли в тир Спецкорпуса. По пути прихватили Лиару и Дэвида, разыскивавших меня. Еле успели, так как смотрители тира собирались по домам. Но увидев нашу делегацию, решили посмотреть, что же мы собираемся испытывать. Собрали пулемёт, кроган подвигал им, пару раз раскрутил блоки стволов и глянул на смотрителей.