— И ты, знаешь, что именно так всё и будет, да?

— Да, откуда ты… Духи, так значит?

— Твои сны, это одно из проявлений этого дара. Дара-проклятья. Поздравляю, Найлус, ты наверное задавался вопросом, каково это, видеть будущее, как это, быть видящим? Ну, сейчас ты сам себе на него и ответишь. Ты видящий, Найлус Крайк.

— Но, как такое может быть? Ведь я не был таким?

— А если подумать?

— Ну, у меня развита интуиция, так я ведь разведчик, как без неё?

— Найлус, ты всегда был видящим, только твой дар спал, ты пользовался лишь малой его частью и просто не верил в такие возможности. А потом, ты столкнулся со мной и просто поверил, я стала лишь ключиком открывшим двери твоей одарённости.

— Духи пустоты! И что дальше? Ты поможешь мне?

— Как, Найлус?! Могу лишь дать совет, прислушивайся к себе, к своим чувствам к интуиции, задавай вопросы и пытайся почувствовать, именно почувствовать на них ответ, и запоминай свои сны. Или записывай, что тоже вариант.

— И, Джейн, есть ещё одна странность.

— Какая?

— В одном из снов я вижу тебя.

— Неудивительно, мы напарники и будем ими долгие годы.

— Нет, тут немного другое. Я вижу тебя рядом со мной, близко, очень близко. Но, в тоже время, я знаю, что это неправильно, так не будет или будет, я запутался.

— Опиши свой сон, Найлус.

— Описать?

— Расскажи мне его, и постарайся вспомнить как можно больше деталей, мельчайших подробностей.

— Хорошо. Там во сне мы идём по дорожке в садах президиума, ну извилистой такой, вдоль одного из водохранилищ. Мы разговариваем, смеёмся, только я не понимаю, о чем мы говорим. Звука будто бы нет, я слышу чириканье птиц, шум ветра в кронах деревьев, а о чём мы говорим, нет… Это так странно. — И турианец задумался.

— Дальше.

— На тебе удивительно красивое темно-зелёное платье из сияющего шёлка, ну такого будто искрящегося на свету.

— Я поняла. — сказала я, присев на стоящее рядом кресло. Найлус же остался стоять глядя в экран.

— Мы подошли к одной из лавочек, которых так много расставлено в укромных уголках садов. Я сажусь на неё, а ты, ты садишься мне на колени, и мы целуемся, ну вернее ты меня целуешь. И знаешь, я чувствую, что дороже тебя у меня никого нет. Но в тоже время, у меня такое чувство, что это не ты!

— Опиши меня.

— Описать?

— Как я выгляжу, в подробностях.

— Это ты, твоё лицо, твой голос, хотя я и не слышу, о чем мы говорим, но голос точно твой. — И Найлус задумался. — Знаешь, тут есть большая странность.

— Какая?

— У тебя светлые, золотисто белые волосы, голубые глаза и нет шрама на лице!

— Хм, шрам легко убрать, волосы перекрасить, вот с глазами сложнее, цвет радужки коррекции не поддаётся. Можно конечно надеть линзы, только зачем? Задал ты мне задачку, Спектр Крайк, буду думать.

— К вопросу о цветах неба на закате?

— Теперь ты их увидишь, и поймёшь, сколь мало радости доставляет это знание.

— Что оно несёт с собой, Джейн?

— Чаще всего лишнее беспокойство, мы ведь Спектры. Работа у нас такая, лезть в самое пекло, но зато, теперь ты будешь знать, где погорячее.

— Зато, так же буду знать, кому стоит доверять, а кому нет.

— Это да, но поверь, это не равноценная замена. И знай, скоро ты увидишь Жатву во всей её неприглядной красе.

— Ты, думаешь?

— Другие видят, чем ты хуже или лучше?

— Может, я всё-таки не видящий?

— Не знаю, по приметам похоже, а дальше будет видно. Ладно, пойдём, мне надо стоять вахту.

— Ты сидишь.

— И стою одновременно, вот такой парадокс. — смеясь отвечаю я. И Найлус улыбается мне в ответ.

Поздно вечером.

Выхожу из душа, на кровати сидит Лиара и читает что-то с датапада. В чувствах азари усталость и лёгкое раздражение. Сажусь рядом и забираю планшет из её рук, девушка вскинулась. — Жень, верни пожалуйста мне необходимо дочитать. — Говорит она.

— Иди в душ и в кроватку, завтра дочитаешь, время будет. Кстати, Грег закончил для тебя броню, так что завтра примерка.

— И как она?

— Ну, шеф пока объяснял, громко цыкал зубом и закатывал глаза. Так что, у тебя, Звёздочка моя, броня круче моей.

— Круче?

— Он изготовил бронепластины с использованием АТТАЛ и твоя лёгкая броня теперь по защищённости превосходит тяжёлую. Грег сказал, что её не пробьёт даже 11,3 моего карабина на максимальном импульсе. Только вот, тебе это всё равно не поможет.

— Почему?

— Кинетический импульс настолько силён, что тебе ударом может разорвать внутренние органы, убить не убьёт, но боеспособность ты потеряешь. Так что, лезть на рожон не советую.

— И не собираюсь.

— Я надеюсь, что ты не будешь играть в героя.