Так у нас появился наставник, дедушка на самом деле оказался прапрапрадедушкой, тем самым из первоколонистов. Героем обороны Шаньси, Генералом армии в отставке — Такеши Омурой, бывшим командующим планетарными силами этой колонии. Натуральный человек легенда, возрастом 242 года. Охренеть, а по виду и не скажешь. Приехал он в Ванкувер в поисках Тецуо, а здесь в полиции ему и сказали, что его внука, скорее всего, забрала группа ликвидаторов Евросоюза и концов до тех пор, пока парню не исполнится восемнадцать лет, он не найдёт. А может и совсем не найдёт, потому что больно громко они тут поработали. И могут спрятать парня очень далеко во избежание утечки. Старик впал в отчаянье, потому что Тецуо был последним прямым потомком его рода, его любимчиком и отрадой на закате жизни. И насколько же было велико его удивление, когда он встретил внука на улице. Мы все переглянулись и рассказали генералу, кто, был этой группой ликвидаторов. Генерал же, нисколько не удивившись, сказал, что так и подумал, и ждал, когда мы сами сознаемся.

Остался Такеши у нас в убежище, через несколько дней он перенёс свои вещи и занялся нашей дрессировкой. Составил жёсткое расписание занятий, пришедшая нас проведать Элизабет, пришла от генерала в восторг, назвала нас везунчиками и прогнала через мнемограф, напихав новую кучу знаний. Через несколько дней Тецуо убедил её, записать ему полный курс оператора мнемографа, хорошо он был в библиотеке. Так что сейчас Бетти, как она просила нас её называть, только проверяет некоторые предметы, поскольку по остальным мы уже залезли в институтский курс и проверять себя приходится по задачам из экстранета. Народ учился с жаром, даже Бен, который, по словам Бет никогда не отличался сильной тягой к знаниям, последовал за всеми и медленно, но верно пробивается в лидеры по успеваемости в собственной школе. Что, донельзя удивляет учителей. А через месяц мы в первый раз сходили на дело, а было это так:

Я в тот день сидела на набережной одна, причина банальна: я пряталась от Бена. На лавочку напротив сели двое рабочих из портового грузового терминала, и, попивая пиво из бумажных стаканов, вот ведь канадцы лицемеры, стали обсуждать свою работу. На улице было тихо и безветренно, довольно тепло для конца ноября, около плюс семи градусов Цельсия. Из разговора я поняла, что у них на терминале застрял контейнер с палладием, принадлежащий кому-то из совета директоров Экзо-Гени. Я моментально возбудилась и развесила уши, мужики рьяно обсуждали возможность спереть этот контейнер и стать богаче на полмиллиона кредитов. Из дальнейшего разговора я выяснила лишь номер терминала и секции хранения. Грузчики же горячились, осуждая возможные последствия такого шага, попутно выяснилось, что данный контейнер застрахован в той же страховой, где и отец Китти, что стало для меня последней каплей. Я твёрдо решила украсть его, тем более что, система охраны терминалов была довольно примитивной, и её можно было довольно легко взломать. Прибежав в убежище, я поведала свои планы ребятам. Китти подписалась сразу, отомстить страховой — да что может быть лучше. Тецуо, почесал макушку и тоже согласился поучаствовать, а за ним и все остальные подтянулись. За этим всем с улыбкой наблюдал генерал и в итоге принял самое активное участие в разработке плана операции. Тщательно исследовали все подходы на тактическом планшете, расписали все роли. И в итоге за десять минут справились, Тецуо, хулиган такой, баллончиком на стене склада написал «REDS». Контейнер был у нас, вскрыв его и посчитав добычу, мы обалдели, там было слитков на полтора миллиона кредитов, и встал вопрос, как и кому их продать.

Не придя ни к какому решению, я сказала, что утром схожу к Алексею в мотель, может он чего подскажет. Мышел, услышав о моих проблемах, лишь поржал, но сказал, чтобы я приходила на следующий день к кафе на набережной. Он сведёт меня с одним барыгой, но на полтора лимона велел не рассчитывать, максимум девятьсот тысяч. На этой сумме в итоге и сошлись с барыгой — маленьким лысым мужиком, с совершенно не запоминающейся внешностью. Договорившись об обмене товар-деньги, в районе складов, мы разошлись. Обмен на следующий день прошёл штатно, и наша банда стала богаче на девятьсот тысяч. Куда их девать мы просто не знали, на продукты хватало пяти тысяч в месяц на всех, и деньги были как у меня, так и у Такеши. Ходили мы в армейских униках со склада и обуви оттуда же. Со здоровьем проблем ни у кого не было, так что убрали деньги в кубышку в оружейке.

Через некоторое время, уже в декабре, зашла к Мышелу поболтать, мужик рассказал, что наша кража наделала много шуму. Но следов так и не нашли, так что сработали мы чисто. Потом Алексей Сергеевич спросил, не желаю ли я, заниматься подобным, но по наводке и для серьёзных людей. Я сказала, что должна посоветоваться с друзьями и только тогда дам ответ. Он согласился подождать. Обсудив всё, народ решил, а почему бы и нет, и у Мышела появились своя личная команда воров. Крали мы в основном разные данные на дата-дисках и образцы технологий, всё украденное передавали через разных барыг. Получая очень неплохие деньги. За полтора года накопили около восьми миллионов кредитов, что вместе с лежащими на складе составило очень внушительную сумму. О наших успехах среди молодёжных банд Ванкувера ходили слухи, один невероятнее другого. Полиция в головизоре мямлила что-то невнятное, пытаясь объяснить это всякой чушью. А мы просто ржали, смотря на это всё. Слушая иногда болтовню малолеток на улицах, можно было просто поразиться, кто-то говорил, что мы поголовно биотики и можем растворятся в воздухе, кто-то вообще грешил на спецов из Союза и Евросоюза. А парочка девушек, с которыми мы с Китти зацепились языками в городском парке, на полном серьёзе поведала нам, что мы оказывается призраки из подземелий под космопортом. А рулит нами настоящий индеец колдун. Когда мы за ужином поведали её остальным, народ от хохота попадал на пол, и даже всегда сдержанный Такеши смеялся до слёз.

Вообще, несмотря на облучение, биотические способности обнаружились только у Тома и то, такие слабые, что с установкой импланта можно было не заморачиваться. Я как могла, обучила парня медитативным техникам контроля силы и биотическому захвату, и то, его силы хватало лишь на то чтобы подтаскивать к себе мелкие предметы. Пропускная способность нервной системы Тома была настолько слаба, что перегревалась даже при попытке поднять что-то тяжелее десяти килограмм. Поэтому общим решением решили парня не мучить. К большой радости Китти, которая уже год как крутит роман с Томом и очень болезненно воспринимает его проблемы. Вся наша компания уже разбилась на пары, было бы удивительно будь по-другому, первой ласточкой стали Тецуо и Кейт, а за ними и все остальные. Осталась только я, да Бен, который всё не оставляет надежду на мою взаимность. Только вот подобное развитие событий для меня пока неприемлемо. Внимание парней, особенно Бена, хоть и не вызывает у меня отторжения, но что-то дальше и всё, ступор и дикая паника.

Ох что-то я опять вся в воспоминаниях.

— Как всё прошло? — спросил учитель. Мы слегка поклонились.

— Всё хорошо Такеши-сама.

— Молодцы. Я в вас не сомневался. Уберите барахло в оружейку, завтра на площадке 24 сдадим заказчику, Мышел дал его координаты, — сказал Такеши.

О даже прямо на посадочном поле, просто супер. Тут идти минут пятнадцать и почти всё по вентиляции, так что на камерах не засекут. У самой же посадочной площадки посадим на систему жучок — пусть гонит липу. Хорошо я отметила своё пятнадцатилетие.

Женька (Окрестности Форт-Брэгг, Земля 20 июля 2370 г.)

Сижу по-турецки, вокруг старый карьер, заваленный обломками породы и камнями, сейчас вся эта каменная россыпь летает вокруг меня каменным смерчем, лишь ветер гудит. Я нашла этот карьер прошлой весной, когда оплакивала Бена, убитого бандой Большого. Эта скотина как-то выяснил, что Бен один из нас, и решил до нас добраться. Ублюдку не давали покоя огромные, как он думал, деньги у нас в убежище. Эта жирная тварь со своими подельниками подловила Бена на пути из старшей школы и устроила допрос. Бен никого не сдал и тогда изувеченного парня просто зарезали. Это всё так и осталось бы нераскрытым, если бы не один мелкий и любопытный парень на два года нас младше. Который всё видел и, когда мы с ребятами примчались на место, всё мне рассказал. А я опять пережила смерть одного из близких. Когда меня скрючивало, от наведённой боли на бегу, я так орала, что Кэйти не могла успокоить. Не смогли, мы не успели. Бен умер раньше, чем мы его нашли.