— В чём странность?! — С горящим взором спросила сестра.

— Глубины в том районе, порядка пяти тысяч метров, но на телеметрии пришли данные, что она скачком менялась до нулевой, после чего снова показала четыре тысячи двести метров. — Ответил гет.

— Это они! — Воскликнула Женя. — На архипелаге посадить корабль можно?

— Да, вблизи есть довольно крупный остров.

— Пометь район, уходим на Юблос, нужно выстудить корабль перед посадкой. Передай инженерной группе, пусть готовят «Тритон», он как раз и рассчитан на работу на глубинах до семи тысяч.

— Вас понял, командир. — Ответил гет и вышел.

— Попались голубчики. — Прошипела Женя. — Похоже, пришло их время отвечать на вопросы.

— А они не уйдут? Не сбегут оттуда? — Спросила Жанна, сидевшая за одним из пультов.

— Я чую, что нет. Они нас ни во что, не ставят. Это их и подведёт. — Сказала сестра. — Так, время позднее, по кораблю команда отбой. Нужно отдохнуть перед операцией.

— Ждёшь проблем? — Подал голос пилот.

— Возможно, нужно будет оставить наблюдателей на орбите. Мало ли что…

— Это без проблем, этого-то добра полна коробочка. — Ответил Дубянский.

— Тихий, как дойдёшь до Юблоса, отправляйся спать. Ты мне нужен отдохнувший, понял?

— Ай-Ай! — Донеслось из рубки.

Утро встретило суетой и нервозом подготовки к высадке и погружению. Женя успела вдребезги разругаться с Иесуа и Брайсоном, помириться и всё-таки, как она сказала, «придти к консенсусу» по поводу того, кто всё же должен идти вниз.

Даже Явик попытался вставить слово, но был послан. После чего Женя объяснила, что единственный из них всех, кто может устоять под ментальным давлением это она. Всем остальным моментом прополощут мозги и превратят в кукол, похожих на тех, что они встретили на Магавиде.

Протеанин и Брайсон с масаем, скрипя зубами, согласились с доводами сестры. Только вот, у Ирины в груди поселился ледяной комок страха за Женю. И все улыбки, и спокойствие той, не могли его растопить.

Возвращение на Деспойну было совсем будничным, лишь корабль вышел на орбиту, как Легион определил глиссаду и они пошли вниз, аккуратно, медленно, чтобы не создавать ионизированного следа в атмосфере. На вопрос Дубянского: «Не лучше было воспользоваться шаттлом?»

Ответила: — А как ты, Лёшенька, «Тритона» потащишь? На внешней подвеске? И о какой маскировке в этом случае можно говорить?

Тут уже вообще никто ничего не сказал. Буксировка глубоководного робота та ещё проблема, ну и системы маскировки у XSR-40 превосходят всё, что есть в обитаемом космосе. Они даже совершеннее чем у «Нормандии», причём гораздо совершеннее.

На экранах приблизился вытянутый островок, по сути, кусок скалы весь в сине зелёных разводах мхов.

— Лёша, видишь лощину? — Спросила Женя пилота.

— Вижу.

— Сажай нашу птицу туда и активируй маскировочное поле. Вообще же, дабы вам всем не скучать пока я там ползаю по дну. Ису, организуй посты наблюдателей и какую-никакую оборону. Тут хоть и скалы сплошные, но я даже отсюда вижу, что они все испещрены гротами и пещерками. И да, ментальные щиты не снимать и не отключать. Всё, пора, пока я до дна доберусь. — Сказала сестра, вставая из кресла. — Дроу, пойдем, упакуешь меня в машину.

Ирина пошла вслед за Женей и Иесуа, и в ангаре, следила, как сестрёнка залезла в кабину мощного робота. Как мужчина и инженеры подключали костюм, в котором была Женя к системам робота. Вот старшая улеглась на ложементе, вложила ладони в контактные модули. Масай склонился к её лицу стоя на колене машины, что-то шепнул и ласково поцеловал в щёку.

Женя вытащила правую руку из модуля управления, потрепала мужчину по волосам, что-то ответила и Иесуа слез. Отошел и, встав рядом с Ириной, прижал девушку к себе. С другой стороны, к Ису прижалась Дженнифер, рядом с которой, сложив руки на груди, с каменным лицом стояла Миранда.

— У меня такое поганое чувство. Что мы можем и не увидеть больше нашу Шеп. — Тихо сказала Джен.

— Не каркай. — Парировала ей Миранда. Но весь вид её, бледное лицо, сжатые в ниточку губы, говорили Ирине, что Принцесса очень и очень волнуется.

Вот пошла вниз лицевая крышка кабины. Ира просто поражалось её толщине, почти тридцать сантиметров сложного, сверхпрочного сплава, на котором изнутри были смонтированы экраны и масса всяких индикаторных панелей. Всё это хозяйство ярко светилось, по экранам и панелям змеились какие-то графики. Люк закрылся, чуть слышно зашипело и он, словно вдавился в корпус. Робот встал, переступил с ноги на ногу, руки-манипуляторы подвигались, сжимая-разжимая клешни. Включились прожекторы на плечах, залив полутёмный ангар, ярким желтоватым светом.

Пшикнуло и громкий голос сестры произнёс: — Все системы в норме, резерв СЖО двести часов. Что же, я пошла на встречу…

— Будь аккуратна и возвращайся. — Ответил Иесуа.

— Будь спок, нам тут ещё войну выиграть надо, так что, я об этом не забываю. — Ответила Женя, робот, гулко топая, развернулся и пошёл на опускающийся слип, перед которым переливалась силовая стенка. — Будьте начеку, я, как только — так сразу.

Женька (2381 Деспойна, 12 июля 2387 г.)