"… наша боязнь по отношению к лорду Вейдеру сродни темноте и невежеству, и солдаты Империи, сражающиеся бок о бок с лордом Вейдером, в таком случае, в наших глазах должны быть просто героями уже из-за того, что между ними и главнокомандующим не стояло ни одного экрана защиты…" — писал Вайенс, и его слова вкупе с кадрами того, как R — 052 входила к лорду ситхов, как она оставалась с ним наедине во время разрушительных приступов его ярости, заставляли Совет стыдливо замолкать и прятать глаза друг от друга.

Акбар смотрел, и понимал, что все эти меры по нейтрализации Вейдера были действительно похожи на костер пещерного человека, который тот разводил, чтобы в ночи отпугивать хищников. Вдребезги разбитая Силой панель, отключившийся экран, и R- 052, стоящая перед нависшим над ней разъяренным ситхом — это была хорошая отрезвляющая оплеуха Совету.

Совет был так напуган Вейдером, и психологически подавлен, — Акбар это понял только что, и снова испытал стыд, — что просто не посмел вынести ему смертный приговор.

Наверное, именно их страх перед его грозной фигурой и послужил причиной того, что в Совете разошлись мнения относительно дальнейшей судьбы Вейдера.

Даже те, кто хотел его смерти, просто не посмели настаивать…

— Лорд Вейдер, — произнес Люк с нажимом, — как вы все видели, мог бы освободиться в любой момент. Об этом свидетельствуют и показания R-052, и то, что она сочла применение силовых кандалов просто бесполезно. Однако, он не сделал этого. Какие вам еще нужны доказательства того, что лорд Вейдер не опасен?

— Я настаиваю на сохранении первоначального срока в полгода, — отрезал Акбар. — Отчет R — 052 показал лишь то, что Вейдер едва сдерживается, чтобы не разнести все вокруг себя. Время, время и еще раз время! Оно покажет, сможет ли лорд Вейдер справиться с собой, или же напротив, его злость и ярость только увеличатся, и он покажет свое истинное лицо.

— Что вы можете знать об истинном лице моего отца?! — вскричал Люк яростно, подскакивая на ноги, даже рука Леи, ухватившей брата за пояс, не смогла удержать его.

— Спокойнее, спокойнее, — произнесла Мон Мотма негромко. — Люк, мы обещали тебе подумать полгода, а ты обещал нам подождать, так давайте все же выполним наши обещания друг перед другом. Лорд Вейдер останется в изгнании, но не в качестве пленника. Признаюсь, слова Вайенса пристыдили меня, и я готова признать, что мы повели себя как дикари по отношению к лорду Вейдеру. Имея в своем распоряжении армию, боевые корабли, мы испугались одного безоружного человека.

— Вейдер сам по себе оружие, — вставил Акбар, и Люк метнул на него яростный взгляд, едва сдерживая гневную речь.

— Оружие, которое не удержат все наши технические средства, — ответила Мон Мотма. — Он мог методично, день за днем, ломать экраны, добраться до команды, уничтожить их всех, и улететь куда ему заблагорассудится. Он не сделал этого. Не буду говорить о том, что лорд Вейдер нам доверяет, но, по крайней мере, он принимает наши условия. Нарушить эти правила и закрыть его на Риггеле означало бы, что мы просто сжульничали. Как какие-то мелкие мошенники.

Члены Совета на этот раз не стали спорить, и Мон Мотма продолжила:

— Предложение Орландо Вайенса не лишено здравого смысла. Я допускаю мысль о том, что Вейдера можно предоставить Вайенсу под его личную ответственность и поселить его не в "небесной крепости", а в доме Вайенса как гостя. Таким образом мы подчеркнем положение лорда Вейдера и еще лучше изучим его. На Риггеле-2 безупречная дисциплина среди военных, и Орландо достаточно опытный человек, чтобы правильно оценить все риски и исправить ситуацию, если она выйдет из-под контроля. Думаю, он, с его почтительным отношением, сумеет расположить к себе лорда Вейдера. В нашем положении иметь такого союзника было бы неплохо.

— У нас нет другого выбора, — поддержала ее Лея. — Поймите, если… лорд Вейдер останется жить, нам необходимо будет заручиться его поддержкой хотя бы для того, что бы не ожидать подвоха с его стороны.

— О ситхах ничего нельзя сказать наверняка, — пробормотал Акбар недовольно. — Сегодня они присягают тебе на верность, а завтра ты повернешься к ним спиной, а они скидывают тебя в атомный реактор.

На лице Люка заходили желваки, глаза его яростно засверкали:

— Теперь вы будете ставить ему в вину то, что он сделал? — произнес Люк зло. — Отец спасал меня. Он смог отказаться от своего места в Империи, он оставил свою армию добровольно, и вы будете в чем-то его обвинять?