– Здаров, лысый! Буйный велел передать. – Карина, адресовав смазливую лыбу шкафу, сунула ему какую-то пластиковую карточку, которую я, увы, не успела разглядеть в темноте.

Ну девчонка! Совсем без тормозов!

Хвала небесам, качок не обиделся её бесстрашной грубости, за то, что обозвала лысым. Молча кивнул, а затем вдруг выпалил ответ. Хриплым, прокуренным басом:

– За мной.

Открыл тяжелую скрипучую дверь, ту самую, которую вальяжно охранял за своей спиной-горой и повёл нас в темноту, куда-то вниз по лестнице. Толпившаяся шваль на улице гневно заревела, видимо обиделись, что кто-то вот так вот нагло проскочил без очереди.

Стоило нам только войти внутрь, как по ушам резанула громкая, бесноватая музыка, а в ноздри ударил приторный запах табака. Хотя… вряд ли это был табак. Тут смердело чем-то куда более тяжёлым.

Наркотой, например.

– И кто же тебя пригласил в это стрём… эммм… необычное местечко? – прижалась к подруге, от страха даже ногтями вцепилась в её тощее запястье, увешанное тонной браслетов, гаркнув на ухо, пытаясь перекричать оглушающий музон.

– Да так, паренёк один. – Рыкнула в ответ, придерживаясь такой же тональности.

– Давно вы дружите?

– Не особо. Просто встретились вчера на остановке. Он меня на своём байке до универа подбросил. И я сразу же влюбилась… Представляешь, этот красавчик спас меня от выговора декана! Так бы опоздала на контрошу.

Ну офигеть просто!

Чем дальше я узнаю кое-какие подробности от Карины, тем хуже становиться моё самочувствие. Особенно, беспокоит желудок. Который уже заколебался отфинтовывать в груди опасные пируэты.

Получается, мы тупо попёрлись на свиданку в слепую, по приглашению от какого-то неизвестного гангстера, которого девчонка знает не более десяти минут.

– Как хоть его зовут-то?

– Кого? – крикнула, вопросом на вопрос.

– Парня того, который приглашение всучил! – У меня уже, ей Богу, горло разболелось от такого извращённого общения на повышенных тонах, благодаря этой дьявольской музыке, гремящей отовсюду так лихо, что даже стены вибрировали, как при землетрясении.

– Нууу, просто Буйный.

Можно уже начинать паниковать?

– А имя?

– Да ХЗ.

Супер!

Нам конец.

Затем, татуированный Кинг-Конг распахнул ещё одну дверь перед нашими скованными неуверенностью лицами, снова кивком намекнул, чтобы мы не тормозили и активнее передвигали квашнями.

– Шевелите кисками, тёлочки, – недовольно фыркнул, поторапливая, – Бой начнётся с минуты на минуту!

Беее, какой пошляк!

– Ч-что, ч-что начнётся? – заикаясь, переспросила.

Но мой вопрос остался без ответа. Кажется, мы попали в некий танцевальный клуб. Здесь было слишком шумно и слишком развратно. Воздух в небольшом помещении буквально трещал от дикой энергетики секса, разврата, безнравственности. Вечеринка шла полным ходом. Осмотревшись, я увидела неоновые блики от прожекторов, скользящие по потолку и яркую сцену с музыкантом-рокером, под песни которого одержимо отрывались все присутствующие «господа-наркоманы» в компании вульгарных путан. Некоторые из этих девок плясали в абсолютном голом виде, а озабоченные мужики жадно лапали их силиконовые достоинства прямо там, на танцполе и там же… в темноте имели.

Капец! Какого чёрта я вообще тут делаю?? Такое не каждый день увидишь. Если честно, я вообще не верила, что меня занесло в подобную клоаку. Наверно, я просто сплю.

Когда мы миновали массовую оргию, тучный неандерталец как-то нехорошо так ухмыльнулся, и… своими потными ладонями шлепнул нас с Кариной по ягодицам.

Я хотела заорать, хотела вмазать ему леща по хамоватой роже, но подруга успела перехватить мою руку, прежде чем я бы совершила очередную дурацкую глупость:

– Тебе что, жить надоело? Прекрати… – Прорычала, заломив локоть за спину.

Сама, тем временем, кокетливо подмигнула хмырю.

Ладно. Сделаю вид, что ничего не было. Подставщица права. Когда выберемся из этого вселенского хаоса – лучше ей врежу, чем ему.

«Если выберемся!» – насмешливо гоготнул мой «внутренний демон».

***

Наконец, амбал открыл перед нами последнюю дверь. Там было не менее шумно, чем в дискозале. Мы снова спустились вниз по какой-то крученой, невероятно тесной лестнице, кажется, в подвал. И мне вдруг стало очень и очень дискомфортно, а в голову лезли самые жуткие мысли.

Например, что нас просто скрутят как немощных овечек, всандалят в шею какую-то дрянь, а затем пустят по кругу там же, на том самом сатанинском танцполе.

Или ещё хуже…

Толкнут в рабство. В какой-нибудь грязный притон для извращенцев.

«Мамочка! Прости меня!» – мысленно захныкала.

Зря я не послушалась мать. Впервые в жизни меня настолько дико душило от отчаяния и раскаяния, что хотелось встать перед ней на колени и извиниться за свою тупость. Лучше бы реально пошла в кино, или в библиотеку.