— Пойдешь со мной – принял решение Вертинский и начал вставать – Запакую кибердока! Очнись! Через пять минут здесь будет полно «нулей»! Когда они увидят труп Клыка – порежут тебя на куски! Соберись!

— Угх… – пробулькал Клык, давая понять, что он еще жив.

Вставший Нортис неуклюже приподнял металлическую ногу и опустил тяжелую стопу на затылок великана. И придавил. Пусть задохнется поскорее. Махать тесаком не хочется – слабость в теле. А впереди нелегкая дорога.

Несмотря на физическую вялость Нортиса потряхивало от перевозбуждения. Он на грани нервного срыва. Ведь он отчетливо помнил, что за лицо высветила одна из крыс-киборгов. Но сначала надо отсюда убраться… рано еще погибать. Рано.

Защелкавший кибердок начал складываться сам в себя, превращаясь в небольшой ящик на колесном приводе. В дыру в стене должен войти… Хихикающий доктор с кривой шеей приобнял за талию воображаемую партнершу и пустился в вальс, кружась по залитому кровью полу.

Этот не помощник… придется все самому…

— Темной волей корыстной порожденные! «Нули» мерзопакостные, что свет божий от себя отринули — нелюди они! Несущие скверну и боль, ужас и смерть! Доколе?! Доколе бояться их будете, люди? – хриплый воющий голос Мики Дозы слабеющим эхом уносился в коридоры — Доколе?!

Высокая тощая фигура сумасшедшего проповедника пошатнулась. Его глаза слепо мазнули по лужам крови и ошметкам мяса на полу, тонкая рука устало провела по покрытому холодным потом лбу. Наркомана со стажем настигла страшная болезнь — ломка. Нет, его воля не пошатнулась, не ослабла. Он был готов и дальше нести очищающий свет в сердца людей. Но вот тело… тело подводило… Мика снова пошатнулся, сделал неверный шаг назад.

— Люди… — каркающим голосом попытался он продолжить — Нам следует встать плечо к плечу! Плотным строем псалмы поющим! Отринем же скверну! Прогоним же тьму! Очистим сердца наши! Господь с нами! Он всегда с нами! Всегда слышит – надо лишь позвать! И со словом его на устах…

— Отец Микаил — в желтоватый свет потолочной лампы робко ступила закутанная в тряпье женщина, протянула хрипящему проповеднику пластиковую кружку — Выпейте, отче. Выпейте. Смочите горло.

Приняв кружку, Мика жадно припал к ней и, проливая на грудь воду, начал пить, дергаясь в подступающих спазмах ломки. В его трясущемся теле стремительно разгорался нездоровый иссушающий огонь.

— Пойдемте со мной, отче – мягко взяла женщина бывшего наркомана за руку и потянула за собой – Пойдемте. Сюда идет полиция. Пойдемте. Я отведу вас в безопасное место.

Затуманенным взором уставший проповедник вгляделся в неестественно распухшее женское лицо с узкими щелочками глаз. Это не следы болезни или разгульной жизни. Нет. Это мутация так обезобразила ее лицо, навсегда изуродовав не только ее внешность, но и судьбу.

— Что они с нами сделали — всхлипнул Мика — Господи, что они с нами сделали…

— Пойдемте со мной, отче – повторила женщина и проповедник послушно сделал вялый шаг – Пойдемте. Там безопасно…

Через несколько минут ставший местом кровавой бойни перекресток опустел. Убрались даже местные обитатели, живущие прямо у стен. На грязном полу остались лежать жестоко истерзанные изуродованные трупы «нулей». Лужи застывающей крови тускло отражали свет ламп. И едва заметно светились красные визоры затаившегося под потолком паука-наблюдателя, посланного сюда незваными гостями Астероид-сити.

Рам и Ром. Два брата. Два итальянца. Две противоположности.

Ромуальдо. Старший. Уверенный в себе, жесткий и холодный как брусок чистого артианита, элегантно одетый, умный и расчетливый, делающий все ради возвращения былого величия итальянской диаспоры внешнего сектора.

Рамирес. Младший. Отошедший от семейных дел, оплывший до безобразия, одышливый толстяк с пятнами от еды на комбинезоне или любимой им гавайской рубашке с аляповатыми цветами.

Два брата такие разные. И такие похожие – согнувшись над небольшим столом, они с аппетитом поглощали пасту под томатным соусом, с хлюпаньем втягивая в себя горячие макаронины. Ром заправил за воротник большую салфетку, Рам за свою одежду не опасался.

Оторвавшись от еды, Ром промокнул губы краем салфетки и в очередной раз воззрился на приткнувшегося в углу складского помещения ЖилМода доктора Люмбери, погруженного в лихорадочный сон наркомана. Рядом с доктором стоял активированным кибердок, мониторя состояние хозяина и приглядывая за вторым пациентом лежащим чуть поодаль. Столик, за которым сидели братья, стоял здесь же, на складе, в паре шагов от подзаряжающегося робота уборщика.

— Так сколько он принял? – уточнил Ром, ударяя по руке брата потянувшегося за добавкой.

— Он вкалывал, не считая – с механическим хрипом ответило странное полуметаллическое-полуживое существо, лежащее на брошенном на пол старом матрасе.

Некогда оранжевый комбинезон с обрезанными штанинами и одним рукавом стал темно-красным от запекшейся крови. Речь шла не о пятнах – нет, комбинезон прокрасило полностью. Большей частью это кровь мертвого Клыка. Остальная принадлежит самому Нортису, чьи культи ног продолжают медленно кровоточить. В вену на тонкой живой руке воткнута капельница с очередным волшебным зельем доктора.