Эта мысль подействовала на нее отрезвляюще. Она вышла замуж, и теперь ее судьба была в руках мужчины, которого она не понимала. Что сулит ей будущее? Она посмотрела на подругу, впавшую в задумчивость. Какое будущее ждало их обеих?

Два дня спустя Кассандра вернулась в Лондон. Клэй последовал ее примеру на следующий день. Эриел провожала их в смятении. Она хотела быть все время в обществе мужа, но с отъездом Китт у нее не осталось никого, с кем она могла бы поделиться. Она вспоминала озабоченное лицо Китт. Станет ли лорд Стоктон вновь предпринимать попытки найти мужа для дочери? Заинтересован ли Клэй Харкорт в браке с ее подругой? Эриел сомневалась в этом. Эта пара и минуты не могла побыть в одной комнате, чтобы не сцепиться.

Она вздохнула. Клэю известна репутация Китт. Если не знать ее хорошо, она могла показаться избалованной и капризной. Конечно, она была отважной и даже безрассудной. В большинстве случаев она вела себя так, как хотела, и никто, даже ее отец, не пытался ей воспрепятствовать. Много раз Китт бывала на грани того, чтобы погубить свою репутацию. И неудивительно, что ее отец старался как можно скорее благополучно выдать ее замуж.

И все же, несмотря на независимый нрав, Кассандра Уэнтуорт была очень одинокой и отчаянно нуждалась в любви. Эриел молила Бога, чтобы Китт нашла мужчину, способного дать ей эту любовь.

Для себя она молила о том же.

Любуясь пейзажем из окна Желтой гостиной, она вдруг услышала звук приближающихся шагов и, повернув голову, увидела Джастина, остановившегося у двери.

– Я так и думал, что найду тебя здесь.

Его улыбка была нежной, но взгляд непроницаемым. Он умел тщательно скрывать свои мысли. Эриел заставила себя улыбнуться.

– Я хотела почитать. Кассандра дала мне книгу, один из готических романов миссис Радклиф. Хочешь поговорить со мной?

– У меня новости – письмо от бабушки. Ноулз отдал его Джонатану, а тот вложил его в кипу деловых бумаг, требовавших моего внимания.

– Твоя бабушка? Как замечательно!

– Я каждый год в эту пору получаю известие от нее. На Рождество она всегда дает обед. И пишет, что надеется на мой приезд. Она еще ничего не знает о тебе. Я напишу ей, чтобы поблагодарить за приглашение, и, конечно, сообщу наши новости.

Эриел встала с софы.

– О Джастин, мы должны поехать. У тебя так мало родственников, а у меня вообще никого. Я бы очень хотела с ней познакомиться.

Он опустил глаза на письмо.

– В последние несколько лет я много раз собирался поехать к ней, но всегда мне что-то мешало. Право, не думаю, что ей так уж хочется повидать меня. У меня есть несколько дальних родственников, кузенов и кузин, которые, несомненно, навестят ее. Бабушка всегда предпочитала жить одна в обществе нескольких слуг, но она, конечно, разрешит им навестить ее в этом старом разваливающемся каменном доме.

– Как давно ты ее видел?

– С тех пор как был мальчиком. Конечно, я посылаю ей деньги, и мы обмениваемся письмами по нескольку раз в год. Думаю, она сильно постарела.

– Пожалуйста, скажи, что мы к ней поедем. Семья – это так важно, а твоя бабушка, несомненно, скучает по тебе.

Он колебался так долго, что она была почти уверена в его отказе.

– Ладно, – согласился он наконец. – Если ты хочешь, мы поедем.

На лице ее расцвела нежная улыбка. Он заметил это. Глаза его потеплели и были полны чувства, суть которого она не могла определить.

– Мне всегда нравилась твоя улыбка, – сказал он тихо. – Она согревает меня, как камин в зимнюю пору.

Эриел смотрела на него с удивлением, поражаясь тому, что он мог сказать нечто такое, что вовсе не вязалось с его мрачной красотой.

Он будто прочитал ее мысли. Лицо его снова стало замкнутым. Маска будто приросла к нему. И оба они почувствовали смущение. Их выручил стук в дверь.

– Мне не хотелось бы докучать вам, милорд, – сказал появившийся в комнате дворецкий. – Но только что прибыл ваш поверенный мистер Уиппл.

– Пригласите его в кабинет. Я сейчас приду туда.

– Да, милорд.

Перкинс бесшумно исчез, чтобы выполнить поручение графа, а Джастин посмотрел на Эриел, и лицо его просветлело.

– Увидимся за ужином, – сказал он ей, слегка поклонившись.

Эриел смотрела ему вслед. Она ощущала нежность и тепло. И в ней возродилась надежда, всегда манившая ее. Но она знала: чем больше она привязывается к нему, тем больше рискует. Она молила Бога, чтобы все, что стало ей дорого, не пошло прахом, не стало трагической ошибкой.

Филипп Марлин в волнении шагал по маленькой спальне, помещавшейся над конюшней в задней части таверны «Петушиный крик». Таверна располагалась на перекрестке дорог, недалеко от деревеньки Юхерст. Туда было легко добираться как из Гревилл-Холла, так и из Лондона. Барбара выбрала эту сельскую гостиницу именно за ее удобное местоположение, а также потому, что ее хозяин Харли Рид отличался скромностью и не был любопытен. Филипп не знал, чем заняться и куда себя девать. Он спешил изо всех сил, получив письмо Барбары. Ему хотелось обсудить планы, которые они только начали строить. И как ни странно, он с нетерпением ждал встречи с ней.