Шериф Джон Уилмот последовал за дворецким в одну из элегантно обставленных гостиных Гревилл-Холла. Прошло четыре дня, с тех пор как он в последний раз беседовал с графом, уже вставшим с постели и чувствовавшим себя намного лучше. Но графа все еще мучила боль, и при каждом неловком движении он стискивал зубы. Последовав за его сиятельством в комнату, Уилмот снял свою потрепанную шляпу с обвисшими полями и стоял, держа ее в руках.

– Мне очень жаль, милорд, но мы не нашли и следов людей, напавших на вас.

Лицо графа помрачнело. Но все же у него достало силы кивнуть шерифу. Он указал ему на стул возле софы, и Уилмот сел напротив хорошенькой белокурой жены графа. Она смотрела на него с тревогой.

– Вы думаете, эти люди покинули наши края? – спросила она.

Шериф поерзал на стуле, обитом дорогой парчой, и про себя понадеялся, что не запачкает красивую обивку.

– Они были бы дураками, если бы не сделали этого. Мои люди обшарили всю округу в надежде на обещанную вами награду.

Граф поднял бровь:

– И какова, по-вашему, эта награда?

– Ну, сотни три гиней, милорд. Я думал, вы знали об этом.

– Три сотни! О Господи! Да это, черт возьми, целое состояние! – Граф устремил суровый взгляд на жену, тотчас же выпрямившуюся на своем месте.

– Едва ли вы были в состоянии принять это решение сами, милорд. Но ваша жизнь стит гораздо больше.

Вместо того чтобы разгневаться, граф улыбнулся:

– Я рад, что ты так думаешь, любовь моя.

Она очаровательно покраснела, и шериф подумал, какой удачливый человек этот лорд Гревилл, если ему повезло жениться на женщине, которая так дорожит им.

– Вы уверены, что эти люди были просто разбойниками? – спросил Уилмот.

– Но они не деревенские. Кем еще они могли бы быть?

Невысокий, крепко сколоченный шериф пожал мясистыми плечами. Над поясом его штанов нависало брюшко, а волосы уже начали редеть, но он был умен, ловок и трудолюбив. В графстве Суррей редко случались преступления. Джон Уилмот делал все, чтобы сохранить такое положение.

– Я полагаю, что это были разбойники, – сказал он. – Но их кто-то нанял. У вас есть враги, милорд?

Гревилл только пожал плечами.

– У меня много деловых проектов. Человек не может заработать столько денег, как я, и не нажить врагов. Но вряд ли кто-нибудь из них зашел так далеко, чтобы решиться на убийство.

– Вам следует поразмыслить об этом. Кто-то желает вам смерти. Или по крайней мере считает, что вы слишком удачливы в делах, чтобы продолжать их. Кто-то желает заполучить ваши деньги.

– Это более вероятно, – сказал граф, не слишком серьезно принимая слова шерифа, чтобы это омрачило его жизнь, и все же мысль его заработала, и по глазам было заметно, что он просчитывает все варианты. – Напавшие на меня люди, судя по всему, бандиты, – продолжал Джастин. – Но никто лучше меня не знает, насколько деньги могут быть притягательны и что они вполне могут послужить мотивом для убийства.

Шериф кивнул.

– Будем следить за всеми пришлыми. Мы найдем их, если только они появятся где-нибудь поблизости.

Разговор был окончен. Граф поднялся со стула, и вслед за ним поднялся шериф. Леди Гревилл тоже встала, чтобы попрощаться с ним.

– Дайте мне знать, если появится что-нибудь новенькое, – сказал ему лорд Гревилл, провожая его до холла.

– Можете на это рассчитывать.

Лакей закрыл за шерифом двери гостиной, и, выйдя из дома, он направился к своей лошади. Вероятно, граф был прав: разбойники охотились за его кошельком. И все же многолетний опыт твердил ему, что Гревилл мог ошибаться. И потому шериф решил, что будет смотреть в оба. Ему нравились и граф, и его жена. И он не хотел, чтобы с ними случилась беда.

– Шериф их не нашел. – Эриел, снова устроившаяся на софе, теребила складки своей юбки. – Меня это беспокоит, Джастин.

Он видел, что она встревожена, и, стараясь не замечать боли, сел рядом с ней и обнял ее.

– Тебе не о чем беспокоиться. Сейчас эти люди далеко отсюда. – Он улыбнулся. – К тому же обещанная тобой награда заставит все графство искать их. Они сюда и носа сунуть не посмеют.

– Я бы хотела, чтобы их поймали, – возразила она упрямо.

– Я тоже хотел бы. – Он нежно коснулся поцелуем ее губ. – Спасибо за то, что ты так заботишься обо мне.

Эриел встала с софы и принялась с отсутствующим видом бродить по комнате.

– Я думаю о том, что шериф сказал о врагах. Что, если эти люди – не разбойники, Джастин? Что, если кто-то их нанял, чтобы убить тебя?

– И этот человек?..

– Не знаю, кто он.

Джастин тоже не знал этого, но и ему в голову приходила такая мысль. Он подошел к ней, остановился рядом и смотрел, как она водит пальцем по крышке фортепьяно, рисуя на ней невидимые и странные узоры.

– То, что я сказал шерифу, – правда. За долгие годы я нажил немало врагов, но никто из них ничего не выиграл бы, убив меня, и даже при всей их нелюбви ко мне едва ли я заслуживаю таких хлопот.