****

Пройдясь по комнате, Мэл Кайло с треском впечатал покрытый ссадинами кулак в жалобно затрещавшие доски рабочего стола. Чертова баба. Как он мог так опростоволоситься? Чертова девка убила Ликану и чуть не сожгла околоток. Хорошо ещё, что в подвале шлюз. Иначе бы точно сгорели, как пить дать, сгорели… Черт. Финк с него шкуру спустит. Точно спустит.

В очередной раз измерив шагами периметр кабинета, Мэл скрипнул зубами. Ведь наверняка, это диверсия Стаи. И сколько ещё таких «баб» в городе, никому неизвестно. Черт. Ну, что Звери не поделили с толстяком? Он ведь, сам следил за погрузкой. Чтобы не было недовеса, как в прошлый раз. Невольно сглотнув ком в горле, мужчина испустил тяжелый вздох. Прошлый раз… Тогда они ещё легко отделались. Отдали зверям пятьдесят рабов, по штуке за каждый недополученный килограмм. А теперь… Оглянувшись на висящую над столом карту, Мэл устало прикрыл глаза. Карта. Она всегда его успокаивала. Хорошая всё же была задумка. Такие карты, вроде как, в секрете должны храниться, подальше от любопытных глаз, но эту он сам придумал. Больше месяца работал. Немного измененное расположение улиц, несколько лишних тупиков в переулках, чуть-чуть сдвинутые площади и перекрестки. И конечно, неверное расположение основных укреплений. Нет, не зря он, всё-таки, столько времени голову ломал. Вон как Аладдин её глазами жрал, пока с ним разговаривал. При воспоминании о лидере отряда наемников Мэл поморщился. Аладдин. Если Финк раскошелился на таких волчар, дело действительно пахнет жареным. То, что он слышал об омегах… Хорошо, что эти парни на их стороне… С другой стороны… «Я не обязан выполнять твои приказы. Меня нанял не ты, а Финк». Надо же. Пафоса-то сколько. А и всего-то попросил пару десятков людей, чтобы пулеметы помочь на стены затащить.

Не удержавшись, главный шериф сплюнул под ноги и, растерев плевок сапогом, с тоской посмотрел на грязный, покрытый застарелыми пыльными следами и растоптанными окурками пол кабинета. Надо кому-нибудь сказать, пусть подметут, что ли. Мысль оказалась настолько неожиданной, что Кайло расхохотался. Не сегодня, так завтра бой, а он о чистоте пола думает. Надо же. Это всё от усталости. Он уже четвертый день по три-четыре часа в сутки спит. Вот башка и не варит. Зато всё готово к нападению. Умоется Стая кровью, ох, умоется…

В дверь постучали.

— Кого там ещё несет? — Недовольно буркнул шериф и, торопливо обойдя заваленный бумагами стол, уселся в старое, покрытое сальными пятнами скрипучее кресло.

Дверь чуть приоткрылась, и в образовавшуюся щель протиснулась патлатая голова.

— Это я, босс! Можно?

— Проходи, — облегченно махнул рукой шериф и, выдернув из толстой стопки первое попавшееся донесение сделал вид, что внимательно вглядывается в исписанные мелким корявым подчерком строчки.

— Мы, это… — Вошедший юноша робко шаркнул ногой. — Марк говорит: всё. Всех из нижнего города вывели.

— Всех? — С искренним сожалением отложив в сторону бумагу, оказавшейся жалобой хозяйки борделя на не в меру ретивого посетителя, Мэл откинулся на потертую, покрытую заплатами спинку своего сиденья, достал из кармана завернутую в остро пахнущую маслом хрусткую бумагу пластинку прессованных табачных листьев и, откусив от нее кусок, неспешно заработал челюстями.

— Ну… — Молодой человек смешался. — В смысле всех, кто согласился. — Неуверенно уточнил он после минутной паузы. — Всё равно, бараки в районе складов под завязку. Церковь Распятого тоже часть людей приняла, но всё равно, места мало… Кое-где даже драки начались, мы это дело, конечно, пресекаем, но, если дальше так пойдет дубьем работать придется, а то и стрелять.

— Да расслабься ты, — махнул рукой предводитель ополченцев, усмехнувшись, громко хрюкнув, сплюнул табачную массу в стоящую рядом с креслом жестяную банку. — Где толпа — всегда драки. Будут сильно бузить, пусть ребята в воздух шмальнут для острастки. Сколько эвакуировали?

— Около трех тысяч. — Пожал плечами юноша. — Могли бы больше, но, ты сам сказал, не настаивать. Многие отказались покидать свои дома, босс. Видимо, мародерства боятся.

— А оно есть? — Брови маршала поползли вверх.

— Не так, чтобы есть… — неуверенно протянул молодой человек и, перехватив острый взгляд главного шерифа, опустил глаза в пол.

— Говори уж, — недовольно поморщился Кайло. — Вечно из тебя всё клещами тащить приходится.

— Мы усилили патрули, но ребята, всё равно, странные вещи замечают. Говорят, кто-то по переулкам шмыгает. И по крышам лазит. Сунешься, а никого уже нет. Парочку всё же словили. Оказалось, мутанты из предместий… — Юноша вздохнул. — Давно надо было этих уродов за стену выкинуть, ещё когда ворота закрыли… Я вот подумал, босс, может, вместо патрулей посты на улицах, лучше, расставить?

— И где ты столько народу наберешь? — Прищурился глава ополчения.

— Ну… — Юноша задумался. — Можно…

— Нельзя! — Отрезал Кайло и пристукнул по столу широкой ладонью. — Нельзя, понял! Пусть сидят и не рыпаются. Патроны всем раздали?

— Всем, босс, — поспешно кивнул парень. — У некоторых, правда, только двустволки старые, но я велел и ружейные распределить. Из последней партии. Не волнуйся, босс, — юноша успокаивающе вскинул руку. — Я им инструкции к боеприпасам тоже раздал. А тех, кто читать не умеет, ребята сейчас снарягой пользоваться учат.

— Научат они, — слегка раздраженно буркнул шериф и забарабанил по столу толстыми, мозолистыми, покрытыми желтоватыми пятнами табака пальцами. — Хорошо, если до завтра друг другу задницы не поотстреливают… Ладно, ты в принципе, молодец, что без меня справился, но в следующий раз, всё же, спрашивай.

— Конечно, босс. — Кивнул парень. — Как скажешь. И, это… — почесав кончик носа, юноша вымученно улыбнулся. — Можно я домой пойду? Спать охота страшно. Да и… ждут меня уже.

— Знаю я, кто тебя ждет, — гадливо, будто заглянул в выгребную яму, поморщился шериф. — Глиномес малолетний. Если бы не твоя серебряная башка…