— Ну, уж нет, — передернула плечами Ллойс. — Никаких ленточек. А что до причесок… По мне, длинные волосы нужны для того только, чтобы вшей кормить. Ну и еще, чтоб всяким сволочам хватать удобней было.

— А почему тогда мне отрезать не дала? — Девушка, обиженно поджав губы, коснулась свисающей с плеча длинной и толстой, с руку взрослого человека, перетянутой обтрепанной матерчатой лентой косы.

— Потому что красиво, — буркнула наемница и, бросив палочку в огонь, принялась наблюдать, как ее пожирает пламя. — Неужели не ясно? В общем, в Бойне довольно экзотические порядки. Городок небольшой, но пыжатся они не по-детски. Впрочем, как и все остальные в этих местах… Они, вроде как, под Красным двором, так что держи ушки на макушке — рейдеров там полно.

— Красный двор? — Тут же забыв об обиде, сдвинула брови Кити.

— А ты не слышала? — Задумчиво почесав подбородок, Элеум вытащила из кармана следующую самокрутку, повертела ее в пальцах и со вздохом убрала обратно. — Красный двор — это вольный город. Почти такой же большой, как Сити, но… Мутанты, рейдеры, сектанты всех мастей, причем, в основном, секты там прижились самые гадкие — это их дом, их база и родина. Ну и порядки на своих землях у них соответствующие. Так что, как доберемся до Бойни, лучше держись поближе. И если что, кричи изо всех сил. Я бы дала тебе лупару, но боюсь, что ты, скорее, себе что-нибудь отстрелишь, чем обидчику… И учить тебя пока не получится. Нечем. Что до револьвера, там отдача такая, что эта дура тебе просто запястье сломает. Вернее, сломала бы, будь в ней хоть один патрон. И если бы это барахло при каждом втором выстреле не заедало. Поэтому, сейчас поедим и начнем подбирать тебе рубило по руке. Или пару… Нам, девочкам, без защиты — никак, — подмигнув Кити, наемница снова провела ладонью по заросшей макушке.

— Правда? — Обрадованно захлопала глазами девушка.

— Правда-правда, только сначала поможешь мне обрить башку. — В руке наемницы, будто по волшебству, материализовался короткий и узкий, отполированный до блеска клинок. — Без зеркала режусь постоянно, кровищи потом — как будто свинью резали, а шмотки-то стирать нечем. У нас воды нет… Почти.

— А не помешало бы, — тихо вздохнула Кити.

Недавний встреченный ими «родник» с тонюсенькой пленкой мутноватой жижи, покрывающей застывшую на дне глубокого оврага грязевую лужу, был настолько мал, что за день им удалось набрать только две канистры жидкости. Половина с таким трудом набранной воды сразу ушла в радиатор грузовика. Оставшаяся половина, заботливо профильтрованная наемницей сначала через набитую песком и углями от предыдущего костра мятую пластиковую бутылку, затем через противогазный фильтр, а потом тщательно прокипяченная, была припрятана для питья и готовки. О том, чтобы устроить «банный день», не было и речи.

— Эй! А сама ты когда последний раз мылась? Принцесса сказочная нашлась. — Подхватив ложку, Элеум отправила в рот очередную порцию варева и, задумчиво пожевав губами, выплюнула под ноги осколок длинной, загнутой крючком кости. — Какая, всё же, дрянь этот зобик… Как будто башмак жуешь… ношенный.

— А я ведь предупреждала, — тяжело вздохнула Кити. — Это всё крапива. И лопух. И кстати, обычно тебе нравятся мои сказки.

— Нравятся. — Улыбнулась наемница. — Они… добрые.

Ее суровое, жесткое лицо на секунду преобразилось. Расслабилось, поплыло, стало каким-то по-детски беззащитным и наивным. Но это длилось всего лишь секунду.

— Ллойс?

— Ну, что?

— А у нас, ведь, есть краска?

— Ну, есть… — протянула наемница. — Акриловая.

— Можно, я грузовик разрисую? Чтобы всем было видно, что он твой.

— Это как в бандах, что ли? — Насмешливо вскинула бровь Элеум.

— Ну… — смешалась Кити. — Наверное… Мне вот, например, эта картинка нравится. — Палец девушки несмело указал в сторону набитой чуть выше ключиц наемницы татуировки, изображающей оскаленного волколака. — Она очень красивая.

— Это клеймо. — Тяжело вздохнув, закатила глаза наемница. — Гладиаторское клеймо. Знак чемпиона Арены Сити. Нанокраска — не сведешь. Даже если шкуру ломтями резать или сверху другой партак набить. Всё равно, рано или поздно проступит.

— Красивая, — упрямо повторила Кити.

— Да делай, что хочешь, — лениво отмахнулась наемница и, громко рыгнув, принялась выскребать остатки обеда из котелка. — Кстати, если решишь погулять, далеко не уходи: дождь собирается.

Задрав голову, Кити недоуменно моргнула и перевела взгляд на расправляющуюся с остатками еды Элеум. На небе было ни облачка.

****

— А я ведь, предупреждал, Эрик, работенка не из простых. Ну, давай, рассказывай, обычно мне нравятся твои байки, — криво усмехнулся невысокий, непомерно тучный мужчина и отправил в рот очередной кусок мяса.

Широкие челюсти говорившего принялись перемалывать пищу с равномерностью роторного механизма. На бугристом, небрежно выбритом черепе выступили мелкие капельки пота. Многочисленные подбородки и складки затряслись в такт движения занятых привычной нагрузкой мышц.

Эрик Ставро, по прозвищу Цикада, слегка улыбнулся, молча сбросив на исцарапанный, покрытый жиром стол объемистый куль, удерживаемый до этого на сгибе руки, и опустился на скамью.

— Что это? — Не прекращая жевать, вяло поинтересовался толстяк. — Решил стать барахольщиком?

— Твой заказ, — небрежно проронил Ставро. Губы мужчины растянулись еще больше, превращая улыбку в полубезумный оскал. — Здесь все. Вернее, их головы. Это было… не слишком сложно. Даже, пожалуй, скучно. Я ожидал большего. Всё-таки, два лучших бойца-человека твоей арены. Мне казалось, что я наконец-то получу вызов. Бой. Смогу проверить свои способности. А в результате — только слезы и мольбы о пощаде. Ты меня обманул, Джебедайя. Обещал настоящее дело, а что я получил? Скуку. Скуку и серость будней. Дорожную пыль, утомительную погоню и жалкую пародию на настоящих бойцов. Твои гладиаторы оказались полным дерьмом. Неудивительно, что весь этот твой… цирк терпит убытки.