Наутро она спросила:

— Ты пойдешь?

— Да.

— Может, не стоило тогда мне рассказывать, как советовал Валентин?

— Может... Но это нечестно по отношению к тебе.

— А честно ли по отношению ко мне ввязываться в излишние неприятности и подвергать себя опасности?

— Опасности? Те времена давно миновали. Пойми, любовь моя, что за весь период вражды с Джорджем до драки у нас доходило только дважды, и только единожды, насколько я помню, лакеи вышвырнули меня из окна. Но все это случилось двадцать лет назад или больше. Теперь Джордж на двадцать лет старше. Как и я. Мы огрызаемся и срываемся друг на друга, но дальше этого дело не заходит. Когда мы последний раз виделись в этом году, я специально его навестил! И хотя мы не относимся друг к другу дружелюбно, но пришли к соглашению.

— Вытащить Валентина из ямы, которую он сам себе выкопал.

— Ну да. Признаю, он нас связывает...

— Как фитиль?

— Нет оснований так считать. Надо признать, Джордж лежал в постели, когда я к нему пришел, и теперь, после выздоровления, вполне возможно, сожалеет о деловом сотрудничестве. Но как бы мы ни бранили друг друга, мы вряд ли перейдем к насилию.

— Я ничего не имею против помощи Валентину, если она возможна. Но... но спасти шахту Валентина от разорения, а его самого от долговой тюрьмы — это одно, Росс. А что касается того, кто будет воспитывать сына Валентина — это уже затрагивает самое больное место.

Росс взглянул на нее.

— Помню, однажды я пошел в Тренвит, когда меня могли вышвырнуть оттуда... Кажется, тогда еще Дрейк попал в беду. Я взял с собой старину Толли Трегирлса, и он нес ружье для моей защиты. Это сдержало прислугу Джорджа.

— Я прекрасно помню.

— Так вот, на этот раз я должен повидать Валентина. Мне сложно объяснить это стремление. Но я возьму с собой друга. Не ради физической безопасности, а ради спокойного и трезвого разума. Согласен, Джорджу на него вообще плевать. Но таким образом встреча будет выглядеть случайной.

Темные глаза вопрошающе воззрились на Росса.

— Дуайт согласился пойти, — сообщил Росс.

Утро стояло мрачное. На рассвете охрой блеснуло солнце, но вскоре спряталось за низкими облаками, ветер нагнал туман и укрыл им землю и море. День сменил утро, а туман все уплотнялся, становился гуще. Одно утешение, что хотя бы нет дыма, от которого страдает Белла в Лондоне. Туман идет от моря и пахнет морем. В Нампаре свечи горели до десяти утра.

В пятнадцать минут двенадцатого по дороге к Плейс-хаусу возникли расплывчатые очертания трех всадников.

Валентин уповал, что туман попридержит гостей, но выглянув из верхнего окна, узнал Джорджа, стряпчего Гектора Трембата и одного из приспешников Джорджа по имени Бленкоу. Валентин подумал, что когда всадники спешатся, то станут похожи на черных ворон, порожденных туманом, вестников несчастья. Джордж похудел, но остался таким же широкоплечим. При виде его бычьей шеи на Валентина нахлынули детские воспоминания.

Малыш Джорджи играл наверху в кубики.

— Полли, держи его здесь, пока они не уйдут. Не пускай его вниз, пока я не позвоню в колокольчик.

— Хорошо, мистер Валентин.

— У тебя есть булочки и печенье, если он проголодается. Надеюсь отделаться от них до обеда.

— Да, мистер Валентин.

— О Господи!

— Что такое, сэр?

Из-за тумана внезапно возникли еще два всадника, точнее, всадницы. Селина Уорлегган и Генриетта Осворт.

— Прямо целое войско нагрянуло. — Валентин налил себе бренди. — Может, убедим их забрать Батто вместо Джорджи?

— Вы такой шутник, мистер Валентин.

— Где мистер Лейк, не знаешь?

— Нет, сэр.

— Ждет наступления вечера вместе с Блюхером, не удивлюсь, если так.

— Папи, папи, — пропищал Джорджи. — А мамочка сегодня придет?

— Не волнуйся, мой золотой. Все будет хорошо. Полли!

— Да, сэр?

— Маленький сэр далеко не глуп и легко может ускользнуть. Проследи, чтобы такого не случилось.

— Обязательно, сэр.

Из-за окна за шторой он наблюдал, как дамы неторопливо подъезжают. Трое мужчин их дождались и помогли спешиться. Валентин бросил взгляд на север на предмет появления Росса, но даже шахту не разглядел. Слышался жутковатый лязг насоса. Наверное, какие-то неполадки, подумал Валентин. Надо сообщить Требетику.

Раздался стук в парадную дверь. Валентин провел посетителей в большую гостиную в боковом крыле. Батто громко вопил. Чертов шимпанзе, подумал он, прямо как сторожевой пес.

Валентин медленно спустился по лестнице с бутылкой бренди в руках и пока что пустым бокалом. Последние недели Батто вел себя беспокойно, бился о стены, рвал в клочья вещи. Наверное, достиг возраста, когда нужна самка.

— Добрый день, отец.

Гости кучковались у длинного окна в георгианском стиле. Одна Селина надела темно-зеленый наряд, а остальные были в черном: черные сюртуки и жилеты, черные шейные платки и черные панталоны. Будто на поминки пришли.