Все еще посмеиваясь, я вернул бумаги и, проследив, как Йен со злостью запихивает их обратно в стол, понимающе хмыкнул.

Конечно. Если кто-то узнает, за какие именно заслуги сотрудникам западного УГС вынесли официальную благодарность, ребята превратятся в посмешище. О «лилии» через пару лет даже не вспомнят, а вот над тем, что Йена щедро наградили за сражение с канализационной трубой, будут насмехаться еще долго. И Корн, собака такая, прекрасно об этом знал. Хорошо хоть денег на сферы не пожадничал – это хоть как-то сглаживало впечатление от подставы. Но с чувством юмора у него, стоило признать, все было в полном порядке.

– Значит, у твоих следователей тоже появилось дополнительное оборудование? – хмыкнул я, когда Йен плюхнулся в кресло и забарабанил пальцами по подлокотнику.

– Да. Тольке попроще. Доступа к ряду данных у них, естественно, нет, так что все, что находится под грифом «секретно», они могут получить лишь с моей персональной сферы и исключительно в моем присутствии. Разумеется, если эти данные будут доступны мне. Я же тоже не ко всему допущен.

Я неприлично присвистнул.

– Даже если и так, то все равно такой доступ – огромное подспорье в работе. А сколько времени сэкономится на ожидании ответов на запросы…

– Да, – все еще недовольно буркнул Норриди. – Оборудование совсем новое, я бы даже сказал экспериментальное, потому что в столице мы – первый участок, куда его поставили в таком количестве. Из Управления прислали магов, чтобы все подключили и отладили. С моей сферой они закончили еще вчера, теперь на очереди Тори и Лиза. Думаю, уже к вечеру мы будем оснащены по последнему слову маготехники.

– Тогда тебе надо проявить больше уважения к благородному порыву леди Муэры. Если бы не она, ты бы еще лет десять ждал ответа на свою заявку, и еще неизвестно, в какой степени ее бы удовлетворили.

Йен тяжело вздохнул.

– Да я все понимаю. Но Корн умудрился сделать это так, что я до сих пор чувствую себя оплеванным.

– По-моему, ты уделяешь слишком много внимания мелочам, – убежденно произнес я, краем глаза просматривая собственное досье. О семействе де Ленур там, хвала Фолу, не было ни слова, а в графе «родители» значилось лишь одно имя – «Этор Рэйш». – На твоем месте я бы запихнул письмо от леди Муэры поглубже в стол. Вместе с благодарностью. И воспользовался любезностью Корна, предварительно усилив меры безопасности в Управлении.

– Я как раз хотел тебя об этом попросить…

– Не вопрос, – кивнул я. – Только пусть ребята закончат с установкой, а потом я поколдую над защитой. Если, конечно, у нас не появится какое-нибудь срочное дело. Как, кстати, движется расследование по пропавшим светлым?

Норриди с облегчением выдохнул.

– Насколько мне известно, пока без особых успехов. Я был вчера у Корна на совещании – он сказал, что, по версии следствия, племянник герцога покинул дом сам, предварительно отключив защиту в жилом крыле. Следов борьбы ни в спальне, ни в доме, ни рядом с ним, как и признаков присутствия посторонних, обнаружено не было. Родители утверждают, что конфликтов в семье, способных вынудить сына на побег, не случалось. Явных признаков того, что юный маг готовил уход из дома заранее, тоже обнаружить не удалось. Другие дети в Белом квартале не пропадали. Так что сыскари Корна предполагают, что кто-то воздействовал на молодого герцога с помощью магии разума. Заставил его отключить защиту и покинуть охраняемый дом, затем мальчишку схватили и все за собой прибрали. Да так тщательно, что люди из ГУССа сумели отследить ребенка лишь до соседней улицы, а потом его следы затерялись, и даже лучшие ищейки ГУССа не смогли на них встать.

– То же самое и с девушкой…

– Ты был там? – быстро переспросил Норриди.

Я кивнул.

– Картина идентична тому, что ты сейчас описал. Кроме, пожалуй, одной детали… и раз уж у тебя появилась возможность проверить мои догадки, не выходя из кабинета, то будь добр – запроси в архиве дела по пропажам светлых за ближайшие десять-пятнадцать лет и сравни цифры по южному и, скажем, западному участкам. Меня интересует периодичность исчезновений и места, где пропадали люди. А также обрати внимание, местными они были или нет. Еще я хочу получить сводки по всем смертям, признанным сыскарями или целителями естественными. Скажем, по безнадежно больным, старикам… быть может, имеет смысл покопаться в делах по самоубийствам…

– За тот же период? – деловито осведомился Йен, демонстративным жестом разминая пальцы.

– Если получится, то больше.

– А насильственные смерти из поиска исключаем? – на всякий случай уточнил он. – Пропажи детей отдельно смотреть?

– Нет, – после недолгого раздумья решил я. – Дети обычно привлекают много внимания, а тем, кого я ищу, это совсем не нужно.

После чего Йен кивнул и так же деловито добавил:

– Хорошо. Сегодня пороюсь сам, а завтра подключу Брила и остальных. Заодно протестируем новую систему и узнаем границы ее возможностей.

Я поднялся.

– Если что, до обеда я буду прогуливаться по южному кварталу. Домой планирую вернуться поздно.

– А после обеда тебя надо будет искать в районе «Щипаного гуся»? – с понимающим хмыканьем уточнил Йен.

– Не обязательно. Но на крайний случай возьми вот это… – На стол шефа легла зачарованная медная монетка. – Если срочно понадоблюсь, сожми ее в руке – метка на монете активирует поводок. По нему я найду тебя везде.

Норриди довольно хмыкнул и убрал артефакт в карман. А когда я потянулся за одеждой, он все же не удержался и спросил: