Шрифт:
Как хорошо быть вороной!..
Зашел бритоголовый темнокожий парень невысокого роста, в руках держал пакет. Незнакомец дошел до середины комнаты, сел и жестом показал мне, что я должна подойти к нему. Я не мешкая подошла, села рядом с ним.
– И что мне нужно делать?
Парень ничего не ответил, развернул пакет и достал устройство, напоминающее бомбу.
Мать вашу, да это и в самом деле бомба! Мой задорный настрой исчез восвояси.
Устройство состояло из толстых, обмотанных серым скотчем, металлических цилиндров, соединенных множеством разноцветных проводков. На вершине этих цилиндров располагались небольшие электронные часы с обратным отсчетом: двадцать, девятнадцать, восемнадцать…
Парень начал озадаченно возиться с бомбой: одни провода разъединял, другие соединял. И молчал. Меня это начало раздражать. Предыдущие гости хоть как-то разъяснялись со мной, ставили условия, я уже привыкла к этому! Мне оглашают приказ – я его выполняю. Такова дрессировка Лестера.
– Почему ты молчишь? – спросила я, но тот все равно не обращал на меня внимания, все копался в проводах.
– Эй, ты слышишь меня?
Я, наконец, обратила внимание на его руки, а если точнее, меня привлекла тату на левой кисти – «Сайорс».
– Тебя зовут Сайорс?
Он кивнул. Ничего себе! Неужели я добилась от него хоть какого-то ответа!
Затем он быстро засунул бомбу обратно в пакет и так же незамедлительно покинул помещение.
Я сидела в прострации, так ничего и не поняв.
– И что это значит, Лестер?!
Я валялась на полу, смотрела на стены, считала количество кафеля. Затем мой покой нарушил Сайорс, который заявился с тем же пакетом в руках.
– Привет, Сайорс.
Как всегда, следовало молчание.
– Мне сегодня впервые приснился сон. Очень странный сон. Стены этой комнаты говорили со мной. У них были такие противные голоса…
Пока я вела свой бессмысленный монолог, Сайорс оставил пакет в середине комнаты и после покинул меня.
– Сайорс?
Я живо подбежала к пакету, открыла его и с ужасом осознала, что в нем вчерашняя бомба! Я рухнула на колени.
– Какого…
Красные цифры на дисплее, прикрепленном к устройству, уже во всю мигали: двадцать девять, двадцать восемь, двадцать семь…
– Черт, вы что, издеваетесь?!
Меня трясло не по-детски, я боялась даже прикоснуться к бомбе.
– Так, спокойно, Глория. Он вчера показывал, что нужно делать. Он… перерезал какой-то провод. Точно! Синий провод, я видела синий провод!
Двадцать три, двадцать два…
Но как я его перережу, если этот говнюк не оставил ножа? Тут же я развернулась и побежала к дальней стене, где висел плакат, на котором я упражнялась стрелять. Пули раскололи кафель, можно было выковырять осколок и использовать его в качестве ножа.
Никогда в жизни я еще так быстро не соображала. Побежала с осколком к бомбе: девятнадцать, восемнадцать…
Разделалась с синим проводом.
– А что дальше?! Он оборвал еще одну цепь, но как?!
Тринадцать, двенадцать…
Я в полном ауте. У меня ни единой мысли не было, как действовать дальше, ведь вчера я была так увлечена выдалбливанием хоть какого-то слова из Сайорса, что совершенно не следила за его манипуляциями. Я сидела, тупо уставившись на устройство, и понимала, что я конкретно облажалась.
Девять, восемь…
С одной стороны, мне было уже все равно, жить или умереть. Ведь, как я понимала, той жизни, которую я хотела, у меня уже никогда не будет. Я погрязла в этом месте навсегда. Но с другой – я печально осознавала, что из-за моей ошибки погибнут ребята. Я подписала смертный приговор себе и им.
Пять, четыре…
Видела лицо мамы, а затем бабушки. Как долго я о них не вспоминала. Интересно, вспоминали ли они обо мне?
Два, один…
Я, крепко зажмурившись, съежилась и с нарастающим страхом предвкушала то, что сейчас произойдет.
Но затем прошла еще одна секунда, а затем вторая, третья… Тишина.
Я открыла глаза. Вся одежда в поту – хоть выжимай!
Медленно повернулась на бок: бомба лежала на том же месте, только дисплей погас. Я долго пялилась на нее, боясь даже громко выдохнуть. Почему-то мне казалось, что от любого действия она вновь перейдет в рабочее состояние.
Но тут открылась дверь, и в комнату зашел парень, которого я прежде не видела.
ДОМИНИК