"Кто-то" возник внезапно. Это была девочка лет шести, отчего-то сильно похожая на Надю. Девочка в простеньком ситцевом платьице села посреди дороги и принялась играть с двумя куклами и плюшевым зайкой: крошила им салат из подорожника, варила суп из песка, укладывала спать, накрывая лопухом. Серега последний раз проверил экспозицию, навел резкость. Это был идеальный кадр. Уже нажимая кнопку, он услышал невозможный звук: звук автомобиля, мчащегося на приличной скорости. Скосил глаза: серебристый "мерседес", метров сто, не больше. Камера еще падала на асфальт, а он уже делал третий шаг. Никогда в жизни Улитка так не спешил. Когда тормоза только начали визжать, он уже летел в огромном, нечеловеческом прыжке, вышибая заигравшегося ребенка в кювет...

Тормоза отвизжали. Девочка заплакала. "Все живы" - подумал Серега.

– Ну и какого хрена, дядя, ты здесь подвиги, блин, совершаешь?
– навис над Улиткой нагловатый долговязый тип в узких джинсах и безразмерной футболке.
– Не видишь, что ли, - кино снимаем!

Серега Мартынов по прозвищу Улитка медленно встал. Отряхнулся. Двинул в морду нагловатому. Медлительно, как в до зубовного скрежета затянутом рапиде, собрал останки "Лейки" в кофр. Ушел. Больше его в нашем городе никто никогда не видел.