Шарлотта утробно засмеялась. Армаген был готов поклясться — именно такими звуками орочьи шаманы вызывают дождь. Благо, мадам Швейнер хранила молчание — уж та ржала так, словно гремел только что вызванный шаманом гром.

Даже бытует присказка: после какой-либо смешной истории или анекдота следует добавить — смеялся, как мадам Швейнер, чтобы подчеркнуть особую комичность случая. Только Армагену было не до смеха.

— Ну что же, не хотите, таки как хотите. Переходим к делам: мою любимейшую Урсулу следует исцелить от чеса, убрать немного лишнего жира и укрепить корни волос. Собачку вылечить от подагры, а прелестнейшую Шарлотту сделать… действительно прелестнейшей. Пройдем в кабинет?

— Эм… нет, — эльф заступил дверь на второй этаж. — Там… слишком мало места.

Швейнер расплылся в улыбке и подмигнул.

— Приму вас здесь, — проворчал хозяин. — Надеюсь, не обидитесь.

— Что вы, как можно. Ах да, совсем забыл — у меня, — ткач перешел на слышимый только эльфу шепот, — проблемы с супружеским долгом. Понимаете? Алхимики только руками разводят. Но я уверен — любезнейшему доктору все по плечу.

— Заклинания… подобного толка очень сложны. В один прием не управлюсь. Походите ко мне с недельку — и все получится. За сеанс — три золотых. С каждого.

Армаген решил перехитрить старика и вытянуть из него немножко деньжат, коих у ткача водилось в неисчислимых количествах. Однако Швейнер не был бы Швейнером, если б не умел осаждать выскочек, задумавших его обдурить.

— Так дело не пойдет, уважаемый. За неделю меня любой алхимик исцелит, притом гораздо дешевле. Не хотите соглашаться на мои условия — буду ждать возвращения долга. На этот раз в золоте и с процентами.

— Хорошо. Но я не могу исцелить вас за раз, — эльф постарался произнести последние два слова как можно быстрее. — Минимальная длительность курса — пять дней.

— Таки замечательно! Мы живем недалеко, прогулки на свежем воздухе будут отличным дополнением к вашей терапии. И долга как не бывало! Согласны?

Армаген искренне пожелал, чтобы на обратном пути семейство загрызли злые волки. Вслух, разумеется, ничего не сказал. С грабительскими условиями пришлось согласиться — в последний месяц клиенты все равно не заглядывали, а нулевая прибыль все же лучше, чем ходить в должниках у Швейнера, благодаря которому городская долговая яма никогда не пустует.

— Подождите минутку, схожу за книгой рецептов. Присаживайтесь, чувствуйте себя как дома. Если передумаете и захотите чаю — позовите карликов из каморки.

Скрипя зубами и стиснув кулаки, эльф ворвался в кабинет. Хотел было выместить злобу на девчонке (магическая звукоизоляция позволяет подобные процедуры), но остолбенел. Комната просто сияла чистотой: ни пылинки ни соринки, на столе идеальный порядок, а вымазанная кровью простыня лежала на стуле аккуратно сложенным конвертом.

Рыжая же сидела в кресле и листала книгу рецептов. Девушка вряд ли понимала слова (язык был уникальный, его учили только в Академии), но на страницах иногда попадались картинки — зарисовки болезней, иллюстрации магических эффектов и прочие сопутствующие изображения.

Армаген бесцеремонно отобрал книгу, но до похвалы все же снизошел.

— Маг! — решил блеснуть познаниями эльф.

— Увы, — вздохнула гостья. — Метла. Колдовать не умею. Может, ты научишь?

Целитель ничего не понял, но на всякий случай поблагодарил еще раз. А чтобы девушка не скучала и не лазила, куда не надо, вручил ей листок бумаги и карандаш.

Спустившись, эльф первым делом осмотрел Шарлотту. Книга подтвердила первоначальный диагноз — девочка страдала орчанкой. Крайне редкое заболевание, из-за которого кожа становится грубой, морщинистой, а лицо — страшное, как у орка. Говорят, в запущенных случаях пациент может позеленеть и потерять дар речи.

Армаген усмехнулся. Орчанку нельзя подцепить, якшаясь с зеленокожими варварами или наплевав на личную гигиену. Такую хворь вызывают крайне мощные проклятия, сказанные в состоянии глубочайшего отчаяния. Удивительно, что все семейство еще не заразилось.

— Ну что? — торопил Швейнер, которому не терпелось восстановить потенцию. И на кого он собрался ее тратить? На Урсулу? Хотя, кто знает, как она преобразится после лечения.

— Сейчас, — пробубнил эльф. — Закройте глаза. Шарлотта, тебя это не касается. Смотри внимательно.

Армаген начал выводить пассы и нашептывать магические слова. Он обращался к духам природы, натуральным потокам, дабы те забрали проклятие в лоно вечного Древа. Стоило сказать ткачу, что это дело экзорцистов или клириков, но терять клиента не хотелось, а за красоту дражайшей женушки можно выторговать небольшую премию.

Духи откликнулись сразу. Проклятие изначально предназначалось Швейнеру, но старый хитрец умудрился избежать кары, перенаправив ее на дочурку. Потому девочка считалась невиновной, а природа всегда славилась особым чувством справедливости. Видимые лишь колдуну нити зеленого эфира окутали беднягу и сразу исчезли.