Она работала в этом доме с самого моего рождения и застала те времена, когда отец с матерью жили под одной крышей. Казалось, это происходило в другой жизни.

– Миссис Фармер, добрый день! Отец у себя?! – спросил больше для поддержания беседы, решительно направляясь к кабинету с массивной темно-коричневой дверью, но ответ пожилой женщины огорошил.

– Вы разминулись совсем немного! Убежал минут двадцать назад… Сказал, какой-то важный звонок из министерства!

– Да что за… – я еле сдержался, чтобы не выплеснуть весь свой гнев на ни в чём не повинную экономку, вдруг припомнив, что гонцам, которые приносили дурные вести, в древности рубили головы.

Я зол. Вернее не так. Я взбешен. Последние десять минут моей жизни выглядели чьей-то затянувшейся не слишком удачной шуткой. Избегая сочувственного взгляда миссис Фармер, быстро прошёл в кухню в надежде выпить чего-нибудь ледяного, чтобы затушить пылавший в груди огонь. Осуществив задуманное, подошел к окну, вдруг обнаружив, что задняя дверь приоткрыта. С улицы доносились голоса и чей-то приглушенный смех. Выглянул посмотреть, кому же так весело.

На крыльце сидела пара. Судя по тому, что говорили вполголоса, они явно не хотели быть обнаруженными. Я сделал шаг назад, чтобы остаться незамеченным, но не перестал наблюдать. Смуглый чернявый парнишка, одетый в засаленный джинсовый комбинезон со спущенной с одного плеча лямкой с особым усердием намазывал плечи девушки солнцезащитным кремом. Она сидела спиной. На фоне его прыщавой почерневшей от солнца её кожа казалась неестественно бледной. Даже прозрачной. Будто коснешься пальцем, и сразу останется кровоподтёк.

Вдруг девушка неожиданно повернулась, и разговор стих. Я видел, как напрягся кадык на его шее. Их лица разделяли какие-то жалкие сантиметры. «Ну же, поцелуй её, слабак!» – хотелось подсказать громким шепотом. В этот момент парнишка, словно воспользовавшись «помощью друга», потянулся к её губам.

Не собирался за ними подглядывать, как какой-нибудь вуайерист, поэтому сделал шаг к входной двери. Бросил прощальный взгляд на голубков, как вдруг в паре миллиметров от его лица девчонка резко отпрянула, подскочила на ноги и заливисто засмеялась.

– Фредерик, ну уж нет! Лучше поберегись! Ха-ха-ха! – прокричала она, обдавая его мощной струёй воды из шланга.

От неожиданности парень вскрикнул, а я еле сдержал рвущийся из горла смех. Подружка Фредерика явно была не промах! Судя по всему, он был тем самым сыном садовника, который, вместо того, чтобы помогать отцу, занимался куда более приятными вещами…

А вот кто такая она?!

Прикрыл дверь, подходя к окну и отодвигая занавеску: молодежь продолжала резвиться в аллее за домом. Правда, парень в насквозь мокром джинсовом комбинезоне перестал меня интересовать, потому что взгляд сосредоточился на его подруге. Она обладала такой притягательной внешностью, что не смотреть на неё просто невозможно. Высокая брюнетка с волосами до самой задницы и молочной матовой кожей. Прямо ожившая Белоснежка из сказки, только вместо семи рядом с ней топтался один единственный невзрачный гном. Девчонка в верхе от желтого бикини и синих джинсовых шортах, размахивала шлангом с водой, не подпуская к себе горе-ухажера. Она вела себя так мило и непосредственно, что уголки губ дрогнули от слабой улыбки.

– Всё правильно. Нас только сильнее распаляет эта игра… – прошептал я, ощущая себя, по меньшей мере, мудрецом Шифу из мультика «Кунг-Фу Панда».

Даже несмотря на излишнюю худобу и некоторую угловатость, в каждом ее движении сквозила легкость и расслабленность. В ней улавливалась хрупкая изящность только что распустившегося молодого цветка. Лицо незнакомки было спрятано под большими солнцезащитными очками, но я ни капли не сомневался – оно мне понравится.

Брюнетка то и дело подпрыгивала, отчего мышцы на её длинных ногах напрягались, а грудь часто-часто поднималась и опадала.

Вдруг их веселая игра резко оборвалась. Причиной тому послужило появление разгневанного садовника. Быстро отошел от окна, наливая себе очередную порцию лимонада, когда задняя дверь с грохотом отворилась, и я буквально спиной ощутил на себе чей-то взгляд. Повернул голову, глядя на неё упор. Лицо девушки всё еще было закрыто, и мне не терпелось увидеть его. Повисла пауза. Тонкие пальцы брюнетки легли на серебристые дужки очков, чуть опуская их вниз. Лукавый взгляд широко распахнутых карих глаз задержался на моем лице.

– Привет, Вильям! – звонко прокричала девчонка таким жизнерадостным тоном, как будто мы с ней были знакомы сто лет.

– Привет… – бросил я, растерянно взъерошив волосы.

Ну, разумеется, она знала, кто я такой. Все девчонки Парижа об этом знали!

Взглядом персонального оценщика скользнул по её полуголому телу. Немного тощая. Но грудь… Самое то. Всё в меру. Влажная ткань почти не скрывала округлые холмики с затвердевшими сосками. Мои губы онемели, на ладонях выступила испарина. Тело реагировало дико. И вроде еще и суток не прошло, как новая соседка в шелковом халате заглянула за сладким, а мне вновь отчаянно захотелось сбросить напряжение. Это всё пекло. Проклятая июньская жара. Другого объяснения нет.

– Ты работаешь в этом доме?! – сипло поинтересовался, с трудом отводя взгляд от её груди и всё ещё влажного живота, пытаясь вернуть самообладание.

Мне показалось, или в глазах девчонки проскочило удивление? Правда, уже через секунду она также задорно произнесла.

– Да! Работаю! Может, хочешь чай, сок, минералку?! Или что покрепче? – нетерпеливая улыбочка растянула рот собеседницы, и она вдруг совершенно неожиданно рассмеялась, делая изящный жест рукой.

Последний вариант нравился мне больше всего. Наверное, потому что неразбавленный виски плескался в её огромных карих глазах. Глядел на неё, ощущая, что таю, как кубик льда в стакане с крепким алкоголем. Этот наивный детский взгляд вышиб из головы все здравые мысли. Запустил электричество. Будто раньше я был обесточен. Серьезно. Мне показалось – всё стало каким-то ненужным и пустым.