– Вы думаете, полковник Диас был их информатором?

– Либо он, либо кто-то из его замов, а может и все трое. Кроме бойцов «Рубежа», лишь они знали все детали проводимых операций. Честно говоря, я бы и сам хотел с ними разобраться, но капитан не позволил. Он даже был не против агитации с их стороны.

– Почему же? Ведь полковник Диас открыто выступал против вашего командира и, судя по малому количеству желающих уйти, его агитация неплохо работала.

– Его агитация помогла отсеять самых слабых, кто не был готов рискнуть всем и пойти за капитанов. Слабаки всё равно отстали бы по дороге или повернули назад. А так мы смогли собрать вполне управляемый отряд, способный себя защитить и при этом двигаться достаточно быстро. С нами пошли самые крепкие копы, на которых мы могли положиться. Хороших медиков из числа спасателей тоже хватало, так что с оказанием квалифицированной медпомощи проблем не возникало.

– То есть, вы хотите сказать, что капитан Савин вообще не ставил цели спасти всех обитателей полицейского городка?

– Конечно. Да это и в принципе было бы невозможно. Пытаясь спасти всех, вы не спасёте никого. В такой ситуации надо помогать лишь тем, кто достаточно силён, чтобы выжить, и чья поддержка необходима остальным членам группы. Нет смысла тянуть за собой балласт, от которого нет никакой пользы. Каждый человек должен вносить ощутимый вклад в выживание группы, или от него необходимо избавляться.

– Звучит довольно цинично, мистер Купер. По вашей логике дети – это тоже балласт? Они ведь не приносят никакой пользы вашей общине, по крайней мере, до определённого возраста.

– Доктор Мур, не стоит манипулировать моими словами в своих интересах. Вы прекрасно поняли, что я имел в виду. Дети – это не балласт. Дети – это наше будущее. Их задача построить новое общество, поэтому детей мы стараемся оберегать от всех опасностей… По крайней мере, пока они не станут достаточно взрослыми.

– В любом случае вы могли спасти намного больше, но не сделали этого. Я не вправе осуждать вас, просто хочу понять, в какой момент вы стали таким циничным человеком. Или вы всегда были таким?

– Одна минута.

– Не понимаю вас.

– Одна минута, доктор Мур. Этого времени мне хватило для осознания того, что прежнего мира больше нет и старые нормы морали теперь не работают. В новом мире сможет выжить лишь самый сильный и жестокий. И если кто-то не готов подстраиваться под эти условия, то ему здесь не место. 

Человек бежал. Лестница уводила вперед и вверх – на крышу Полицейского управления. Времени оставалось немного. Ещё чуть-чуть – и оставаться незамеченным стало бы невозможно. Штурмовой рюкзак, подпрыгивая на каждой ступеньке, больно бил по спине. То, что лежало в нём, неудачно выпирало острой гранью, но перекладывать рюкзак поудобнее или снимать его времени не было.

Поднявшись на крышу, человек осмотрелся. Как и ожидалось, ранним утром улочки полицейского городка были пусты… Хотя нет, у южной аллеи внутреннего парка Управления на скамейке кто-то сидел.

«Очень странно», - подумал человек.

Он отступил от края крыши, стараясь остаться незамеченным, снял рюкзак и достал портативную радиостанцию. В отличие от современных средств связи, работающих исключительно в зоне «эфирной сети», это была самая настоящая ламповая радиостанция. Громоздкая штуковина не использовалась почти сто лет, до поры до времени находясь там, где и положено – в музее.

Человек вставил в рацию батарею и поднес микрофон ко рту.

– Странник вызывает патруль три… Странник вызывает патруль три… Кто-нибудь, ответьте Страннику.

– Патруль три на связи, - прошипел голос из динамика.
– Слышу вас очень плохо. Попробуйте увеличить мощность передатчика или поднимитесь выше.

Несмотря на то, что в теории радиоволны могли передаваться далеко за линию горизонта, отражаясь от ионосферы Земли, для маломощной рации холмы и здания оставались заметной преградой. Человек поморщился. Он явно привык к удобству «эфирной сети», позволявшей мгновенно передавать гигантские объёмы информации в любую точку земного шара.

– Выше подняться не могу, установил максимальную мощность передатчика, - человек, назвавшийся Странником, подкрутил один из барабанов на приёмопередатчике. – Как сейчас меня слышно?

– Связь немного улучшилась. Слушаю вас, Странник.

– Где вы сейчас находитесь?

– Примерно в сорока километрах к юго-востоку от Беркана, приближаемся к посёлку Тарли. Двигаемся в направлении Фьярского тоннеля.

– Патруль три, кроме вас в этом районе есть другие отряды?

– В секторе только мы. Остальным патрулям запрещено так далеко отходить от базы. Не волнуйтесь, никто не перехватит эту частоту.

– Хорошо. Слушайте внимательно, патруль три. Сегодня вечером мы выдвигаемся в сторону туристической деревни парка «Горная стена». Будем двигаться по трассе М115. В колонне около трёхсот человек, из них полсотни хорошо вооружены.