Мелисса испуганно вздрогнула, когда со спины совершенно неожиданно ее обнял Ал, нежно целуя ее за ушком, еще больше разжигая пожар, от которого податливое тело девушки начинало плавиться. Блондин приподнял лицо леары за подбородок и страстно прошептал:

— Ты прекрасссна, когда сссердишься! Глаза твои так и горят, маня к сссебе!

— Мальчики, мне на занятия надо, — попыталась вразумить воинов Мелисса, с трудом сдерживая себя от падения в пучину сладкого вожделения.

— Надо, но ты же не бросссишь нассс тут одних, — соблазнительным шепотом спросил брюнет, накрывая своими руками изнывающие по ласке груди девушки.

— Нет, — вскрикнула Мелисса, пытаясь скинуть наглые ладони Алтара.

— Правильно, Мелиссса, не оссставляй нассс… — чарующим голосом протянул Асамр, зная, что девушка не способна была ему сопротивляться.

Но вдруг в дверь настойчиво и громко постучали, и Мелисса, вырвавшись из капкана сильных рук террианцев, отошла к окну, прижимая ладони к разгоряченному лицу. Алтар вернулся к двери, чтобы впустить в кабинет ехидно улыбающегося Адаара.

— Ой, я вам помешал! Как же не вовремя я зашел! — воскликнул красноглазый, наслаждаясь смущением землянки.

Девушка, умирая от стыда, что ее поймали с поличным, тихо извинившись, стремительно покинула кабинет, оставив мужчин наедине. Наследник по привязке успокаивал ругающую саму себя Мелиссу, поражаясь, очередной раз, ее мыслям. Она ругала только себя. Леара даже мысли не допускала, что виноваты в этой ситуации ее заигравшиеся воины. Задумавшись, Асамр не заметил, что красноглазый, коварно улыбаясь, уже сидит в кресле напротив него. Адаар терпеливо ждал, когда наследник обратит на него своё внимание. Помогло блондину очнуться от размышлений тихое покашливание истара.

Адаара поступок Алтара изрядно позабавил. Он, весело улыбнувшись, пожурил наследника, который, наконец, был готов к разговору:

— Асамр, я же тебе говорил, что развлекаться будете у себя дома. А тут несовершеннолетние, которые не могут контролировать себя в полной мере. И те феромоны, что вы распространяете в воздухе, уже у меня в кабинете ощущаются.

— Конечно, я даже догадываюсь почему! Так как видел, кто полчаса назад оттуда вышла, весьма потрепанная и с трудом стоящая на ногах, — ответил в тон ему Асамр.

Алтар, стоя у дверей, лишь мысленно усмехнулся, поймав мыслеобраз от своего илтара.

— Не завидуй, мне можно! — строго сказал Адаар. — Все готово для завтрашнего показа нашей мощи?

Блондин спокойно принял то, как директор увел разговор в сторону, не желая распространяться о своей личной жизни. И, садясь за рабочий стол, Асамр твердо ответил:

— Да, наставник. Мы готовы.

— Отлично! А почему Ариф опять у вас медитирует? Его контроль на высоте, за что вы его так наказываете, жестокие мои? — спросил Адаар, который был весьма удивлен, заметив питомца в спортзале, а не на занятиях.

Наследник поразился вопросу, ведь не знать последние новости красноглазый просто не мог. И Ас теперь осторожно подбирал слова, пытаясь понять, не очередная ли это проверка Адаара.

— Он не выдержал, наставник. Провалил задание, и Колючка сломала его. Вот пытаемся удержать его от привязки к ней.

— Не может быть, — изумился Адаар. — Хочу на это посмотреть!

Вскочив на ноги, директор вышел из кабинета. Блондин задумчиво проводил его взглядом, не веря до конца, что директор мог такое событие упустить.

"Нет, только не вездесущий Адаар!" — ехидно усмехнулся наследник.

И взяв со стола приготовленные для истара папки, он протянул их Алу.

— Завтра трудный день. Не подведи меня, — напутствовал его наследник.

Брюнет, приблизившись, принял документы и преданно сказал:

— Я буду стараться, мой илтар.

От жаркого прикосновения замершее тело слегка дернулось от неожиданности. Длинный палец, оставляя обжигающий след, практически невесомо рисовал замысловатый узор на нежной коже спины, заканчивая каждую завитушку болезненным уколом заостренного кончика ногтя. Приятная ласка смешивалась, растворяясь в мгновенных, но жутковатых пронизывающих ощущениях. Капельки крови на белой коже красиво соединялись тонкими линиями между собой. Рисунок спускался все ниже и ниже, сужаясь к пояснице. А тело разгоралось все сильнее и сильнее, извиваясь от странной ласки. И когда последняя завитушка была завершена в районе основания копчика, острый ноготок провел очень чувствительную и порочную линию между ягодицами, от которой тело болезненно дернулось, вырвавшись из плена страшного сна.

Ксю, проснувшись в холодном поту, резко села, прижимая к своей груди одеяло. Широко раскрытыми глазами она в ужасе осмотрела темную, но пустую комнату, с трудом восстанавливая дыхание. Удостоверившись, что это был всего лишь сон, Ксю быстро встала с кровати и, подбежав к зеркалу, рывком через голову сняла пижаму. К ее большому облегчению на спине ничего не было, и она устало опустилась на пол.

— Ужасы надо поменьше смотреть, надо поменьше смотреть ужасы! — прошептала Ксю, с трудом отгоняя образ точеных пальцев с острыми длинными ногтями, которые во сне ни то гладили, ни то царапали ее спину.