ГЛАВА 1

Только пройдя в прихожую, которую раньше неплохо знала, Яна подумала о том, что, для его нежелания впускать ее внутрь, могли иметься и иные причины, помимо паскудного характера. Хотя и последнее исключать не стоило.

Но… Артем мог просто не желать показывать теперь ей свое жилье.

В квартире было темно. Неудивительно, если вспомнить все, о чем бабулька говорила. Воздух… Вопреки ее опасениям, после того же рассказа соседки Артема, в квартире не воняло перегаром или чем-то в этом роде. В принципе, никакой вони вообще не было. Даже наоборот. Ее окутал очень свежий морозный воздух, в котором едва-едва ощущалась какая-то примесь… Возможно, алкоголя. А может, и «сухого спирта».

Яна сказала бы, что в квартире достаточно холодно. Очень… Ей в хорошей, теплой термо-куртке жарко не стало. Да и шарф с головы не было желания снимать. Будто бы где-то окна распахнуты настежь. А на улице морозно и тот самый первый снег…

Только теперь она обратила внимание на то, что сам Артем в штанах и какой-то кофте с длинным рукавом — небывало для него утеплился.

И отопление как-то умудрились локально перекрыть? Или он просто проветривает? Неясно.

Освещения не хватало, сюда доходили только какие-то отблески с кухни, тусклые и слабые. Свечи? Какая-то спиртовая горелка, от которой мог и запах идти? Она не взялась бы угадывать. Да и от Артема можно было ожидать любой из этих вариантов.

К тому же, вот прямо сейчас, он не казался ей не то что пьяным, а и слегка выпившим. Так что она склонялась к варианту с горелкой.

Темнота мешала толком осмотреться, но, казалось, что в прихожей теперь было пусто. И даже как-то гулко. Только сиротливо и немного неуютно возвышался шкаф-купе у стены, бликуя огромными зеркалами на дверцах. Таким же пустым выглядел и коридор, не было светильника под потолком, который она помнила. Что там в других комнатах, не видно.

Решив не затягивать осмотр и буквально ощущая, как он сверлит ее спину тяжелым взглядом, явно понимая, что Яна рассматривает все, она сделал вид, будто не испытывает никаких эмоций. И, сильнее сжав пальцы в карманах, повернулась к нему.

— На кухню пройти можно? Или здесь остановимся? — невозмутимо уточнила, игнорируя это «грозовое» молчание, пудовые взгляды и саму атмосферу его квартиры. Тот самый привкус пещеры никуда не делся.

Артем медленно закрыл двери, методично дважды провернув замок. Замер, с каким-то ступором посмотрев на свои руки, словно сам не понял, зачем это делает. Яна тоже удивилась, кстати, то прогоняет, то отрезает пути к отступлению. В этот момент он поднял взгляд на нее.

— Зачем ты пришла, Яна? — тихо, но все тем же неприветливым тоном уточнил, игнорируя ее вопрос. И с какой-то еще интонацией: не то усталость, не то грусть — не разобрать.

Тяжело провел ладонью от бровей до затылка, будто хотел размять голову, но не при ней. Словно сам не заметив, повел плечом. Видно, до сих пор болит. Но (ха!) мы же слишком гордые, чтобы это показать; слишком заносчивые, чтобы признаться в человеческих чувствах и слабости!

Мысленно фыркнув, она не стала спорить.

— Меня Семен попросил. У вас возникли проблемы. И серьезные, насколько понимаю я. Твоему другу нужна помощь…

— Что же он сам не пришел? — скривился с недоверием Артем.

Хороший вопрос. У Яны и ответ имелся. Однако она все равно не могла понять, как позволила себя уговорить сюда приехать?

— Он пытается уладить возникшие проблемы. Не особо удачно, если хочешь знать мое мнение. Знаешь же, не это конек Семы, — передернула плечами Яна. И прошлась взад-вперед по прихожей. Холодно, однако! Как он в одном реглане и носках стоит? — И, кроме этого, думаю, ему страшно…

— Семену?! — Артем грубовато хохотнул, неловко дернув головой. Сказывались последствия травмы, наверное. Так и не отходил нормально физиотерапию…

Она вновь мысленно напомнила себе, что ее это меньше всех касается, Артем сам сделал все, чтобы разрушить их отношения, увлекшись иными перспективами и искушениями, едва нормально раскрутил свою фирму… До боли иронично, что сейчас она вроде как согласилась помочь им ее спасти, после такого залета Семена.

— С какой стати ему меня бояться? — скривив недоверчивую мину, сам и оборвал свой хохот.

— Думаю, он стыдится, — пожала Яна плечами. — Ну и твоей реакции опасается. В конце концов, он сильно лоханулся с последним заказом, — очевидная причина для нее, но, кажется, невидаль для Артема.

Он все еще смотрел на нее как-то подозрительно и с недоверием.

— Ладно… Пошли, за чаем подробней расскажешь, — наконец, цокнул он языком, вновь растер голову с коротким ежиком волос, даже на вид таких же колючих, как и характер этого мужчины.

И, не интересуясь, хочет ли она пить с ним чай, собственно, он пошел в сторону кухни. Хромоты почти не осталось. Или просто не устал. И ее, несмотря на все доводы, оговорки и нюансы, это все равно порадовало, что Артем понемногу восстанавливался после аварии, как бы там ни было.