— Да, ноу проблем! У нас: скорее не клан в типичном понимании, а так — кружок по интересам и общество взаимопомощи, в случае нужды. А что мы там будем делать, Игорё-ешик? Ну, ска-аажии!

— Рот закрой — карту открой… И пригласи за наш стол уже — свою «Зену Елену», а то она там вот-вот задохнется от ревности и неопределенности. И зубы до корней сотрет. Знакомиться будем… Давай уже, не стесняйся: «Плюющая в полковников».

— Щас как дам больно! Дурак!

Глава пятнадцатая..

Второй проход через портал, как когда-то далеко и давно: второй прыжок с парашютом — вызвал гораздо больше эмоций. Только теперь место удушливого животного страха занимал большеглазый детский интерес.

Заплатив дежурному «перевозчику»- человеку из местных, все еще остававшуюся для меня внушительной сумму в триста золотых, назвал конечный пункт назначения и, дождавшись равнодушного кивка, шагнул на площадку. Вжжух…

…Я вышел из портальной арки у ворот города Веннеборг в половине седьмого вечера. Настроение было приподнятым и жаждало заслуженного вознаграждения. Сказочного, само — собой. Ну, или как минимум королевского. Черт с ним — я был готов «подвинуться» в своих мечтах даже до купеческого. С обязательным условием, чтобы купчина оказался «поставщиком королевского двора». Ладно, посмеялись и будет. Где тут: «Гном и бутылка»?

Даже в карте разбираться не пришлось. В воскресный теплый ранний вечер горожане были неторопливы и доброжелательны. Веннеборг не поражал воображение своими размерами и через пятнадцать минут я уже сидел за массивным, но аккуратно сработанным столом из темного дерева, в уголке не очень просторного, но и не сказать, чтобы уж тесного, зала с высокими сводчатыми потолками и узкими витражными бойницами окон.

Местный патлатый кабацкий лабух — менестрель: свойский, высокий и видный приятный светловолосый парняга, то ли с лютней, то ли еще с какой разновидностью гитары — был на месте и услаждал слух публики соло. В смысле — без ансамбля. Сам, бля. Один, бля. А, нет — вон на усиление еще аккомпаниаторша подтянулась. Золотоволосая девица в чешуе сверкающего, обтягивающего коротюсенького платья — в тон волосам. Так вот ты какая — Золотая рыбка! Но, кстати: немотря на легкое вульгарите — она была очень даже ничего. Да, и как певичке ресторанной еще наряжаться? В черную юбку в пол? И больше чем наполовину заполненному народом залу она нравилась — судя по реакции на её появление.

Эль был резок и прохладен, голос исполнителя не отвратен и местами, где-то даже приятен, запах жареного мяса и лука заманчив, настроение куражливо — предвкушающим. К народу, на предмет угадать «своего» адресата — я даже приглядываться не стал, отметив только, что подавляющее большинство посетителей трактира составляли «пришлые». Зачем? Баул наверняка запаролен и если уж тех, кто был заинтересован в его доставке сюда, с обеих сторон: настолько приперло, что они доверили его первому попавшемуся под руку довольно сомнительному типу, то и сейчас, скорее всего, за посылкой явится, какой-нибудь «попка» ничего не знающий, тупо также нанятый за вознаграждение. Однако, с него я был категорически намерен стрясти как можно больше. Да, думаю, таинственный адресат и сам должен это понимать и зарядить гонца чем-нибудь достаточно для меня интересным.

Сколько там уже? Семь — есть? Пора.

Подошел к лабуху и спросил:

— А, «Yesterday», входит в исполняемый репертуар?

Едва-едва, в последний момент, все же удержавшись от классического: «А, «Мурку» — можешь?»

— Легко, — ярко сверкнув красивыми зубами, заверил меня в своем профессионализме менестрель.

Я вернулся к столу.

«Yesterday», в готической аранжировке и самобытном исполнении колоритного местного шансонье — менестреля… это было нечто! Мне очень понравилось.

Я подумал — что весьма любопытно, наверное, было бы услышать: шоу маст гоу он — в его же исполнении. Может заказать..?

… - Привет, Стрелок. Угостишь девушку элем? — внутри, обрываясь, ухнуло. Это был именно тот самый голос, которого я подсознательно ожидал с юности. Он прозвучал нежданно, судьбоносно и полностью подходил под критерии голоса: «моей» женщины.

Я медленно обернулся, опасаясь и одновременно будучи уверенным, что визуальная картинка окажется досадным разочарованием, после столь впечатляющего звукового колдовства… поднял глаза и… пропал. Хэдшот! Солнечный удар! Нокаут на первой секунде! Tender death! (Ласковая смерть — англ.)

Короче: все равно не смогу описать её — так как она того достойна и чтобы другим стало понятно что меня так поразило в этой женщине. Для того кисть мастера потребна. И непростого. Богом поцелованного! А может это и неописуемо вовсе… А все просто внутри меня… Поэтому ограничусь скупым: загорелая или просто смуглая, ярко — жгучая брюнетка с прической «пикси», сверстница, мне по плечо, фигурка… ой, держите меня семеро! Точеная, в общем. В коже облегающей… Глазищи — без дна! Изумрудная бездна! Зелеееныее… Бе-едаа! Попал, ты Игорек — ой, попа-ал!