— Значит, теперь я понимаю вас?

— Не только насс, но и вссе народы, насселяющие наш мир, и не только разумных ссущесств, но и зверей тоже, правда их язык несколько примитивен и ссводится к выражению общедосступных желаний и инсстинктов.

— Ссспасссибо…, - поддавшись обилию буквС, я, чуть было не сказал в ответ. Но вовремя спохватился и ответил:

— Спасибо, это воистину царский подарок.

— Не благодари насс. Это мы у тебя в неоплатном долгу. Ты сспасс моего внука от зубов ненассытной озерной хищницы, которая посселилась рядом ссс нашим домом и охотилассь на нас. Праматерь щук часто устраивала зассады, возле плотины поджидая неоссторожную молодёжь. За твой подвиг мы готовы выполнить одну твою просссьбу и впредь оказывать любую поссильную для насс помощь.

— Меня зовут Риттер, великий вождь. Благодарю тебя, мне ничего от вас не надо, — я поклонился в знак уважения.

И тут я почувствовал тревожный звон в своей голове. Жаба, вместе с хомяком забрались на колокольню и били набат в висящие там колокола. Точно, у меня же висит невыполненное задание на постройку дома.

— Хотя у меня действительно есть одна просьба. Только в ваших силах наверное помочь мне.

— Говори Риттер, если это в наших ссилах, мы поможем тебе.

— Видишь ли, Эст-Герр, я не по своей воле попал в ваши края и скорее всего, задержусь тут, пока я не прокачаюсь и не подготовлюсь к дальнему путешествию. Жить мне негде, и мне нужен свой дом. А бобры слывут непревзойдёнными строителями.

— Тебе не нравитссся Темнолесссье? — прищурившись с подозрением уставился на меня старый бобр.

— Нет, нет, — протестующе махнул я рукой, — ваш край изумительно хорошо, и я бы с удовольствием остался здесь жить, но боюсь мне не дадут такой роскоши. Видишь ли, я отмечен особой судьбой. Мне предстоит сделать в этом мире много великих дел.

Блин, эк куда меня занесло, но как же этому меховой шапке можно объяснить, что я не могу сидеть на одном месте.

— Я понял тебя Риттер, ты говоришь о божественном вмешательстве в твою сссудьбу. Ты можешь до сссвоего ухода жить сс нами, в плотине под водой. Мы выделим для тебя ссамую большую уютную комнату и моя младшая дочь, нассстоящая крассавица, будет твоей женой.

— Кхм…кхм… — поперхнулся я, — Это конечно для меня великая честь, но я вынужден отказаться от столь лестного для меня предложения. Мы люди, и привыкли жить в деревянных домах, которые строим на берегу рек и озер. К тому же мы твоей дочерью слишком разные, и не подходим друг другу. Я думаю, что твоя прекрасная дочь найдёт себе пару среди мужчин вашего племени.

Я понимаю, что бобры, это тоже игровая разумная раса, но должен же быть предел всему экзотическому. Вот если бы человек и эльф, или там гном и человек, может быть даже орк и человек, это бы я понял, но бобр и человек…. Фигня какая-то.

Но бобр даже не обиделся на мой отказ. Видно он было прямо предусмотрен игровым сценарием.

— Ну что ж, — сказал бобр, помахивая из стороны в сторону кожистым хвостом, — в твоих словах ессть рациональное зерно. К тому же у моей дочери ессть молодой бобр, сс которым она всстречается. Она конечно рассстроитсся, но тут ничего не поделаешь. Где бы ты хотел построить ссебе дом?

— Вон там, на том величественном холме, над озером, — я был рад смене темы разговора и указал на видневшийся вдалеке утёс.

— Этот холм мы называем Рогорок-холлом. Внешне этот утёссс чем-то похож на насс.

Я пригляделся и действительно нашёл определённое сходство между утёсом и стоящим напротив меня бобром.

Отсюда утёс был похож на огромного спящего бобра.

— По преданиям, наше племя живет в долине Безмолвного озера уже многие тыссячелетия. Род наш множилсся и процветал. Но на заре веков, в нашу долину, пришел молочный брат жрицы Тьмы, вечно голодный Зверь. Был он огромен, как эта сскала и сссвиреп как тыссяча щук. Щупальца его извивалисссь как огромные змеи, и было их воссемь. Придя к нам, он посставил перед нами ультиматум. Или вссе бобры отрекаютсся от богини Природы и начинают поклонятьсся Аларган жрице Тьмы, или на сследующее утро он всссех наших самок обесссчесстит а остальных бобров ссожрёт…. Битьсся сс ним мы не могли, ссилы были неравными. Зверь, всскормленный молоком матери Аларган, уничтожил бы всех насс. Осставалосссь только молить богов о помощи, либо покинуть долину и бежать, куда глаза глядят. Верховный жрец бобров вечером того дня вышел на берег озера и начал взывать к богине Природы, просся её о помощи. И она откликнулассь на его зов. По её велению из глубины Безмолвного озера поднялсся Рогорок, родоначальник всех бобров нашего мира. Был он так велик, сссловно гора, и резцы его ссверкали как огромные бивни. И на сследующее утро на берегу озера, там, где сссейчасс стоит утёсс, произошла великая битва. Огромные великаны, ничуть не усступающие друг другу в размерах и ссиле, ссошлись в ссмертельной битве. Как говоритссся, тут произошёл полный mortalcombat.

При этих словах бобра я чуть не грохнулся от смеха. Едва не заржав, я прикрыв лицо рукой, скрывая своё состояние.

Спасло мою репутацию то, что в этот момент бобр, сделав величественный жест лапой, показывал на утёс. Все остальные бобры также смотрели туда, так что всё обошлось. Чего-чего, но слов о всемирно известном боевике из уст местного вождя я никак не ожидал.

Бобр тем временем продолжал:

— Три дня билиссь они, без перерыва на обед и отдых. И наконец, Рогорок победил. Тело Зверя он закинул на самую ссередину озера, а ссам израненный прилёг отдохнуть на берегу. Там он и усснул вечным ссном, и лежал там до тех пор пока не стал утёссом, который мы зовём сскалой Великого отца.

— После того что ты мне рассказал Эст-Герр, мне как-то неудобно строить дом на утёсе, всё таки это был ваш предок. Может мне поискать для дома другое место?

— А, ерунда, — отозвался бобр, махнув лапой — это сслучилось так давно, что память о той битве оссталасссь лишь в преданиях. Мы каждый день ходим через холм к ручью, и Великий Отец ни разу не разозлилсся из-за этого. Думаю, что и твоему дому он только обрадуетсся, вссё-таки ссоссед появитсся.

— Ну, тогда ладно.

— Завтра же и начнем сстройку. Я пришлю бригаду сстроителей. Высстроим тебе Риттер такой дом, всем на зависсть, чтобы и проссторный был, и уютный, и крепкий.