Император, сбросив довольную маску, прищурился.

– Ты здесь маг.

– Я здесь фейри. Моя страна – там, за туманом и дождём, – Эш неопределённо махнул рукой. – Ты знал, что однажды я захочу туда вернуться. И оставлю то, что ты называешь службой. Я не против время от времени помогать твоей Тайной полиции, это людишки беспомощней котёнка. Но полукровок я больше не трону.

– Неожиданная и удивительная щепетильность, – бросил император.

– Совесть у меня проснулась, – в тон ему отозвался Эш.

– И я даже знаю, кто её разбудил. – Император выразительно посмотрел на Фриду. Та скучающим взглядом следила за тучами.

Эш тоже на неё посмотрел. Потом – непонимающе – на императора. Генрих вздохнул.

– Ты влюбился в полкуровку. Что ж, бывает. Я сам тебя подтолкнул, принудил к этой женитьбе. Я тоже виноват. И пусть это будет единственная неприкосновенная полукровка в империи. Единственная, Эш! Усыпи свою совесть и перестань…

Потом он захрипел и бесконечно удивлённо уставился на Эша, вцепившись в его руку. Фейри, встав, выдернул императора из кресла и держал теперь на весу, легко, как котёнка.

Сверкнула молния. Следом, спустя пару мгновений тишины, взревел гром.

– Я так запросто могу убить тебя, – не повышая голоса, проговорил фейри. – Так легко. И никто тебе не поможет.

Телохранители действительно смотрели на них стеклянными глазами, словно ничего удивительного в том, что придворный маг напал на императора, они не видели.

– Ты такой хрупкий, человек, – продолжал Эш. В декорациях грозы, сбросив человеческий облик, он очень напоминал погибшего Огненного короля. Это пугало. – И тем не менее смеешь мне угрожать. Любопытно, почему бы мне не избавиться от тебя прямо сейчас?

Новый росчерк молнии исказил его лицо, превратив в маску монстра. На рогах заплясали огоньки, длинные изогнутые когти поранили императору шею. Генрих побелевшими губами пытался что-то сказать, но мог только хрипеть.

– Господин, не надо, – вместе с ветром прошелестел рядом тихий голос.

– Дикон, брысь отсюда! – рявкнул Эш.

– Господин…

– Брысь!

Ричард отступил. Сжал дрожащие руки в «замок».

– Господин, вы пожалеете.

– Сомневаюсь, – улыбнулся фейри, обнажив длинные клыки. – Скорее, наоборот…

– Господин, вы не хотели на «ту сторону», вы сами говорили…

– Ричард. Уйди. Немедленно. Это приказ.

Ричард действительно сделал пару шагов к калитке. Ветер сбивал его с ног, а молния совсем выбелила лицо. Руки камердинера дрожали, да и сам он трясся, как осиновый лист. Но приказу не подчинился. Он замер, держась за ствол груши, и открыл было рот, но сказать ничего не успел.

– Молчать! – рявкнул Эш и добавил в приказ магию.

Ричард подавился воздухом. Эш, отвернувшись, улыбнулся императору.

– Так что, человечек? Я могу поиграть с тобой перед смертью? Хочешь? Знаешь, как играют с людьми фейри? Да, посмотри на Ричарда. Он знает. И ты узнаешь…

Очередной раскат грома каким-то образом перекрыл спокойный голос:

– Эш, отпусти его немедленно.

Фейри перевёл взгляд на Фриду. Та сидела, равнодушно глядя на императора. Ветер рвал её волосы из рассыпавшейся причёски, пытался унести шаль, но Фрида держала её крепко.

– Ты-то помолчи, – бросил Эш.

Фрида ответила ему прямым взглядом.

– А то что? И меня голоса лишишь? Отпусти его немедленно, идиот! И думай, прежде чем поднять руку на императора.

Эш встряхнул Его Величество – действительно как котёнка. Потом посмотрел на Фриду, улыбаясь, показывая клыки.

– А кто ты такая, чтобы мне приказывать?

Фрида встала. Она ничего не сказала, только прищурившись, смотрела на Эша. Тот сначала отвернулся, снова тряхнул императора. Потом поморщился, дёрнул уголком рта. И обличающе заявил:

– Он хочет тебя убить!

– Поэтому давай убьём его? – голос Фриды звенел от еле сдерживаемого гнева. – Эш, ты дурак! Убьёшь ты его – и что? Станешь регентом? Или в ссылку? Ты этого хочешь?

Эш зарычал, вторя грому. А потом резко разжал руку.

– Ненавижу мир людей! Всё очень сложно.

– Дитя, – с презрением отозвалась Фрида и склонилась над императором. – Ваше Величество, вы в порядке? Позвать врача? Прошу, не сердитесь на моего мужа, он делает ровно то, что думает и никогда не загадывает вперёд.