Когда первый издох, моя регенерация совсем перестала справляться и мана уверенна начала утекать из меня.

– Я почти на нуле! – крикнула я за секунды, до того, как мой щит просто растаял в воздухе.

В ту же секунду что он исчез, Олег активировал свою персональную защиту. Мне ничего не оставалось, кроме как ждать исхода. Благо ему хватило 2х ударов, чтобы прикончить эту тварь. Щит успешно принял первый удар. От второго он увернулся, видно не желая подвергаться хоть и частичному, но отравлению.

– Вух блин! На волоске!

Я откровенно расстроилась. Моих нынешних способностей не хватает, даже для защиты ребёнка 48 уровня. Это полный отстой.

– Ты чего?
– почувствовал моё настроение Олег.

– Да что-то я не ожидала, что мои силенки настолько слабы.

Я конечно понимаю, что я тут всего полгода, но я непрерывно развивалась днём и иногда даже ночью. А тут какой-то данжик с пауками…

– Да ну брось, -попытался успокоить меня малой, и едва слышно добавил.
– Вообще-то…

– Что вообще-то...?

Олег начал отчаянно думать, сказать мне или не сказать. И что же такого мне следует знать?..

– Вообще-то этот данжон рассчитан на игроков 70+, и пати из 3х человек.
– выдал он мне как пулемёт, почти не делая пауз между словами.

– Чегооо!?

– Чего?! Если б я тебе сразу сказал, ты бы не пошла!

И тут он был абсолютно прав! Конечно же я бы не пошла в данжон, заведомо зная, что мы хрен его пройдём – это первое. Второе – умирать как-то не очень хотелось. И третье- что бы этот ребенок умер, я бы тоже не хотела.

Я конечно понимаю, что он тут где-нибудь воскреснет неподалёку, но всё же. Да и с учётом того, что чувствуется тут всё вполне реально, не хотелось бы испытывать предсмертные муки. Бррр. Ужас.

– Олег.

– Что..

– Давай ка, в следующий раз, ты мне всё-таки скажешь правду. И на край попробуешь меня уговорить. Хорошо?
– постаралась я сказать, как можно спокойнее. Криками тут не поможешь.

– Ладно, я понял. Извини Кать.

– На этот раз прощаю. Ну что делать то? Пошли что ли посмотрим, на что способна наша недо-пати.

Олега моё предложение похоже очень удивило и обрадовало. Он подскочил за заведённый, быстро надел шлем, и рванул в единственный проход в стене.

– Ну не так рез…во...

– Бос!! – Раздался крик малого, почти из центра зала.

Рядом с ним лежал огромный паук. Две меня в высоту. По поводу размаха лапок ничего сказать не могу, они были поджаты.

– Чёт он какой-то дохлый.
– заметила я.

– Ага… Может его пнуть надо...

Мы обошли весь зал по периметру, но больше никаких входов и выходов не нашли.

Ни на мой щит, ни на наши совместные танцы и махания, эта огромная туша не реагировала.

– Ну давай, ударь его что ли.
– иного выхода я не видела.

Мне пришлось накинуть на него сразу щит пожирнее, а то вдруг что.

Как только он занёс топор для удара, мне вдруг пришла в голову идея.

– Стой! Пообрубай ему лапы сначала, ну на всякий случай...

– Отличная идея! Щас сделаем!

И Олег принялся рубить ему членистыеноги одну за другой. Убив на это не меньше получаса. Как только последняя лапа отвалилась, началась что-то странное.

– Ты посмотри! Да он тает на глазах! Может всё?

Что-то я сомневаюсь, что это всё… Туша начала медленно разлагаться и с неё прям отваливались куски мяса. Запах стоял такой отвратительный что начала кружиться голова…какого.

– Фу мерзость..

*Внимание! Вы отравлены! *

Трупный яд Большого Паука – отравление- 10-10-10

– Едрить твою!

На Олеге висит жирнющий щит, поэтому он даже не заметил. А вот на мне был тонюсенький покров, и тот который я использовала для комфортной ходьбы. И судя по тому, что сейчас я чувствовала ногами каждый камешек- щит сдох.

– Ты чего бледная какая-то...?

– Отравление блллин! – чуть не ругнулась.

Я попыталась накинуть на себя новый щит, но жизни как убывали, так и убывали. Вот дерьмо! Такими темпами, через минуты 10 от меня ничего не останется.

– Всё хана, щас помру...

– О! Смотри! Это что?
– с любопытством рассматривал Олег то. Что осталось от паука. Судя по его спокойному любопытству, он не знал, что это, но я отлично узнала эту мерзость. Паучья кладка яиц.

Я отошла к стене, и села, облокотившись на холодный камень. Было чертовски хреново. Глова кружилась и отказывалась соображать.