– Лиса, хватай ее, – не сводя взгляда с элитника, кивнул на иммунную «упыриху». – И дергайте отсюда как можно быстрей и как можно подальше. Я попробую его отвлечь.

Лиса, вот что удивительно, даже спорить не стала, чего я боялся. Посмотрела на меня долгим взглядом, еще раз глянула на элитника и без слов подхватила под руку эту… даже не разберешь сейчас возраст этой женщины, потянула ее за собой. Но эта дуреха, буквально примерзла к месту и одно себе твердит:

– Помогите пожалуйста! Помогите пожалуйста!..

И так шансов спастись практически не было, а теперь, пока Лиса ее за собой тащила, а потом просто, ударом в голову, вырубила и так за собой поволокла, их вообще не осталось. Элитник был уже вот он, несколько прыжков и он в магазин ворвется.

Спокойствие сменилось диким бешенством, очень уж не хотелось подыхать, и я приготовился использовать свой последний шанс: может всё же получится отвлечь его, хоть ненадолго? Ушел в скрыт и…

– Иди отдыхай. Под утро тебя разбужу, тогда подежуришь, – Лиса чуть ли не силком вытолкала за дверь уже ничем не напоминающую упыриху иммунную и посмотрела на Шатуна, вот уже четвертые сутки пошли, как он вот так, без сознания лежит и улучшений пока никаких не видно. Но радует, что и хуже ему не становится.

Попробовала ему лоб, еще не горячий, но чувствуется, что температура уже начала повышаться, скоро нужно будет его живчиком поить. Это единственное, что с ним происходит регулярно – повышение температуры, но стоит живчиком его напоить, как на какое-то время она понижается.

Подошла к окну и посмотрела наружу. Никого! После того, что Шатун выдал, даже тупые пустыши чуть ли не со скоростью болидов разбежались и с тех пор вообще никаких упырей рядом с домом даже не мелькает.

Невесело усмехнулась – в очередной раз Шатун совершил невозможное, но спас их. Перед глазами встал дьяволоподобный элитник: никогда еще Лиса не видела, да даже не слышала о подобном, что матерая элита может испугаться. Да еще и как испугаться – обгадилась от страха, прежде чем податься в бега. Хоть она и сама тогда… испугалась, но смотрела во все глаза на это невероятное зрелище, так как не успела она тогда убежать, как Шатун велел. А все из-за этой иммунной, вот еще головная боль на их головы. Но теперь она ей даже благодарна: не только своими глазами наблюдала столь невероятное зрелище, но еще и умудрилась на камеру всё заснять. На ноутбуке уже не один раз эту запись пересматривала и до сих пор не верится, что это всё в реальности было.

В комнату вернулся Пират, который на груди у Шатуна постоянно лежит и никакими силами его оттуда не сдвинешь Только иногда, вот как сейчас, по надобности, ненадолго убегает и быстро возвращается.

– Что такое, Пират? – В этот раз он не спешил сворачиваться клубком, а заскочив на грудь и чуть склонив голову набок, как будто прислушивается, принялся внимательно в лицо Шатуну всматриваться. – Неужели?.. – в душе полыхнуло радостью, так как Пират довольно громко заурчав, начал облизывать лицо Шатуну и тут…

– Ох! – уже как-то привычно сорвался стон при пробуждении.

Состояние – скоро мазохистом стану, если после каждой передряги так хреново будет. С трудом открыл глаза и первое что увидел – это довольную мордочку Пирата, который закончил облизывать мне лицо и сейчас нетерпеливо мял своими лапами мне грудь, при этом мурлыча во весь голос и не сводя своего взгляда с моего лица.

Как в замедленной съемке, также медленно поднял руки и погладил этого барбоса, который заурчал еще громче, хоть казалось что уже некуда.

– Привет! Ты как? – первое что спросил, когда Лису увидел, которая к кровати, на которой я лежал, подошла и упала в рядом стоящее кресло.

Раз сам очнулся и Лису вижу, значит мы как-то от элитника сумели сбежать. Но вот как мы это проделали, не помню. И если судить по ощущениям, то прежде чем мы сбежали, этот элитник по мне всё же неплохо так потоптаться успел. Вопрос: Как выжили?

– Привет! Всё в порядке со мной. На, – протянула мне флягу, – живчика попей, легче должно стать.

Это – да, это – нужно. Но прежде чем флягу взять, пришлось Пирата еще погладить, ни в какую с груди слазить не хотел: когтями вцепился и гладится сам своей головой о мою, продолжая довольно мурлыкать, работающий трактор изображая. Но всё же угомонился, вернее Лиса его к себе на руки забрала и только тогда я припал губами к фляге.

– Фух, хорошо. Где это мы находимся? – Напившись, осмотрелся. Лежу на кровати полностью голый, простыней укрытый, в чьей-то спальне. Напротив окно шторами не закрытое, что непривычно, но там только небо виднеется.

– На двадцать пятом этаже, – усмехнулась она, заметив мой взгляд. – Ты даже не представляешь, как я рада, что ты наконец очнулся, – выдохнула она и как-то осунулась в кресле, расслабившись.

– Я так подозреваю, что…

– Четвертый день пошел, как ты спящего прынца изображаешь, – не дала она вопрос задать, сразу на него ответила. – Поцелуи не помогли… – заметила, как я простыню поправил, засмеялась. – Нет, кроме поцелуев ничего больше с тобой не делали. Не надейся. – И уже серьезней закончила: – Раствор уксуса не помог, жемчуг я побоялась давать, всё же не так давно белую приняли. Так что поили тебя живчиком когда температура повышалась и ждали когда сам очнешься. А раздели, так уксусом тебя обтирали, а то в первый день температура высокая держалась и почти не падала.