— Это насчёт Энджи.

— Что насчет Энджи? — тихо буркнул Дэйр.

— Это путешествие… Что-то меня в нём тревожит. Она уезжает на неделю с двумя незнакомыми мужчинами. Ну, одного парня она уже раньше водила, но, с её слов, турист из него никакой, скорее всего, просто хочет угодить деловому партнеру. Ты никогда не слышал, чтобы у женщин-проводников случались неприятности… ну, понимаешь, с мужчинами на охоте?

— Женщин-проводников не так уж и много, — помолчав, ответил Дэйр. — Те немногие, кого я знаю, кроме Энджи, работают в паре с мужьями. Я не к тому, что нет других женщин-проводников, работающих в одиночку, но я о таких не слышал.

— Думаешь, это безопасно?

— Она же будет вооружена, верно?

— Конечно.

— Тогда она в такой же безопасности, как и любая другая женщина с ружьём в руках. Но не в той же степени, что я. — После паузы Дэйр продолжил: — Ты спрашивал, не слышал ли я о женщинах, попавших в неприятности на охоте. Да, слышал. Не из первых рук, потому не могу сказать наверняка, правда ли это, но слышал. С точки зрения здравого смысла, всякое возможно: люди везде люди, а подонки — и в Африке подонки.

Харлан выдохнул.

— Так я и думал. Чёрт.

С явной неохотой Дэйр поинтересовался:

— Куда они едут-то? Ты знаешь, в какой район?

— Да. Она оставила мне маршрут, а также имена своих клиентов, — поделился Харлан. — И обещала позвонить, как только вернётся.

— На кого они охотятся?

— На медведя. Она как раз собирала вещи, когда я заезжал.

Дэйр фыркнул.

— И оба её клиента — новички? — он подразумевал, что они впервые охотятся на медведя.

Харлан так и понял.

— Насчет второго клиента не знаю — тот, возможно, и опытный. — Харлан чувствовал, что в этом вопросе лучше быть беспристрастным, учитывая, какие нехорошие мысли его посещали по поводу этих незнакомцев. Он откашлялся, готовясь резко сменить тему, и перешел к главному: — Так вот, у меня на душе неспокойно из-за этого путешествия, невесть почему. Ты не знаешь кого-нибудь, кто мог бы её там вроде как проведать? Ну, понимаешь, так, чтобы Энджи не догадалась, что это проверка?

Последовало молчание, и Харлан отчётливо представил, как Дэйр неверяще уставился на телефон, потом в ухо ворвался жесткий, как наждачка, рев:

— Хочешь, чтобы я сам проверил, как она там? Ты ведь этого просишь, верно? Под рукой нет другого «кого-нибудь», кто мог бы туда отправиться.

— Если только ты не занят, — без тени смущения или вины ответил Харлан; на самом деле он торжествовал. Если бы Дэйр собирался на маршрут, то тотчас бы ответил, что занят, но он промолчал, а следовательно, не планировал никуда ехать. Харлан рискнул и выиграл.

— Я никого не жду, но это не значит, что я не занят, — проворчал Дэйр, судя по голосу — изрядно рассерженный.

— Я понимаю, что многого прошу…

— Чертовски многого! Если ты ещё не заметил, мы с Энджи не в самых лучших отношениях. При виде меня она вряд ли засияет от радости.

— Я заметил, — признал Харлан. — Да, она вряд ли тебе обрадуется. Но лучше уж пусть будет безрадостной, чем изнасилованной или убитой.

— Ты и правда думаешь, что нечто подобное может произойти?

— Обычно я о таком даже не задумываюсь. Но в этот раз нутром чую недоброе.

— Дерьмо, — отозвался Дэйр, но вовсе не потому, что отмахнулся от предчувствий Харлана, а как раз наоборот. Солдаты и полицейские, немало побывавшие в опасных местах и ситуациях, склонны доверять подсказкам внутреннего голоса куда чаще остальных. Дэйр не считал себя провидцем или кем-то вроде того, но полагал, что человек обладает неким звериным шестым чувством, которое убережёт от приближающейся опасности, если к нему прислушаться. Возможно, Энджи тоже в какой-то мере почует угрозу и будет осторожнее, и этого может оказаться достаточно, но не исключено, что, погруженная в собственные проблемы, она ослабит бдительность.

— Я подумаю об этом, — в конце концов нехотя сказал Дэйр. — Но если наведаюсь к ней и получу пулю в задницу — виноват будешь ты.

Да хрен бы с ним. Энджи Пауэлл — не его проблема. Она — та еще головная боль, но не его проблема.

Дэйр взял за правило — нет, свято верил, — что не следует разгребать чужое дерьмо, если можно без этого обойтись, и он не чёртова нянька. Харлан кудахчет над Энджи, как бабка, потому что внутренний голос ему что-то там подсказывает. Скорее всего, старик просто слишком опекает её: всё-таки дочь покойного лучшего друга, росла у него на глазах и прочая психологическая хренотень, из-за которой Харлан не находит себе места, забыв, что Энджи сама выбрала такую работу, прекрасно зная, что целыми днями и даже неделями придётся находиться бок о бок с незнакомыми людьми. Она — крепкий орешек и достаточно умна, чтобы предпринять необходимые меры безопасности.

Но Энджи переживает тяжёлые времена: распродаёт всё и переезжает, чем, вероятно, и объясняется чрезмерная опека Харлана.

Дэйр фыркнул, прошёл на кухню и достал из холодильника бутылку воды. Можно представить, что произойдет, когда он вдруг объявится, будто ковбой из прежних времен, возле её стоянки, чтобы проверить, как там дела у маленькой мисс. Да Энджи Пауэлл с него шкуру спустит за один только намек, что она не способна за себя постоять. Ну, точнее, попытается.

Несмотря на хмурое настроение, его рот изогнулся в улыбке. Убийственные взгляды Энджи бесили Дэйра до чертиков, она без усилий доводила его до ручки, но лишь представив, как она наступает на него со сжатыми кулаками, он повеселел. Во-первых, любая драка с ней закончится его победой. Во-вторых, это будет занятно. Несколько секунд он наслаждался, воображая, как её почти тощее тело ёрзает под ним, а первоклассная попка находится именно там, где за неё сподручно ухватиться… ну-ну, тут-то дамочка головой и проломит ему нос, что гораздо вероятнее удовольствия вволю полапать ее задницу, хотя, если сосредоточиться на борьбе и держать руки, где положено, то она не сможет ударить его ни по носу, ни по яйцам, ни по любой другой уязвимой части тела. Надо еще взвесить, стоит ли возможность приласкать этот задик риска получить коленом промеж ног.