Механический зверь Кел темным пятном на светлой бесконечности мира спустился по гравийной насыпи берега и зашел в воду почти по брюхо. Меркий подумал, что зверь охотится, но утки оставили Кела равнодушным. В ясном солнечном свете были видны все детали чудовища. Некогда чёрная броня была покрыта царапинами и сколами. Между пластин виднелись серые мышцы, точь-в-точь, как если бы кто-то освежевал настоящего медведя. Словно заметив его взгляд, Кел повернулся и посмотрел на Меркия горящими желтыми глазами.

— Привет, — пробормотал Меркий. Его улыбка и хорошее настроение угасли, сменившись беспокойством. Механический зверь был размером с самого настоящего медведя, создавался для убийств и Меркий не был уверен, что он обладает разумом. Ан отдавала ему команды, не используя никаких талисманов или особых движений. Тогда Мелкий счел, что зверь разумен, а сейчас внезапно решил, что бродяжка Ан могла отдавать ему приказы одной лишь силой мысли.

— Привет, как дела? — повторил Меркий. Железный зверь отвернулся и принялся мокать свою морду в воду, словно пытался понять, что это такое и почему в нем все отражается. Меркий сглотнул и оглянулся.

Ан сидела на солнечной стороне бетонных руин в стороне, откуда спустился Кел, запрокинув голову и подставив лицо с закрытыми глазами ветру. Она была без доспехов, в простой солдатской одежде не по размер. Меркий неожиданно отметил, что бродяжка очень высокая и тощая, почти истощённая. При ясном свете дня она снова показалась ему старой. Впечатление усугубляли глубоко запавшие глаза. Ровные, пересекающиеся под прямыми углами шрамы вокруг рта и на щеках выглядели пугающе.

Меркий моргнул и обнаружил, что бродяжка открыла глаза и смотрит на него. Он поспешно приложил руку к сердцу и вежливо поклонился. Ан кивнула ему и снова закрыла глаза. Железный зверь вышел из воды, по-кошачьи отряхнулся и вернулся к хозяйке. Он потянулся и развалился у основания руины, на которой сидела бродяжка. Меркий замялся, не зная, идти дальше, сделав вид, что продолжает прогулку или все же подойти и заговорить. Вот только о чём?

— Я не знал, что вы с госпожой знакомы, — подумав, он все же решил, что спасшая его шкуру женщина заслужила хотя бы благодарность. — Я смущён, что в моей судьбе поучаствовала такой значительный человек.

— С твоей госпожой многие знакомы, не только я, — пожала плечами Ан.

— Но не все оказываются у неё за столом и не всех она называет друзьями.

Ан странно посмотрела на него. Уголок её губ дрогнул.

— Мы старые знакомые. Можно даже сказать почти что родственники.

— Тем более. Сам Прародитель послал тебя ко мне!

— Не думаю, что меня кто-то к тебе посылал. Это была случайность.

— Случайности никогда не бывают случайны. За ними всегда стоит воля Прародителя.

Ан приподняла брови.

— Если я сейчас сломаю тебе шею и уйду, в чём будет заключаться воля Прародителя?

Меркий открыл рот, увидел, как Кел поднимается на ноги и поворачивается к нему, и сделал шаг назад. Это страшно развеселило Ан.

— Он не тронет тебя, не бойся. Можешь не отвечать, вопрос был риторическим.

— Я не…

— Забудь. Гуляй дальше, не буду тебя отвлекать.

— А вы так и будете тут сидеть? — брякнул Меркий. Ан пожала плечами.

— Возможно. К тому же чем мне тут ещё заняться, оттуда меня вытравили этой вонью.

— Что? Тебя?

— А, забудь. Иди куда шел, — она вернулась к разглядыванию разглядыванию изнанки своих век. Кел кляцнул челюстями в подобие зевка и повернулся к Меркию задом.

Монах немного помялся на месте, не зная, что делать. Ан вполне открыто отказалась от разговора, а он не знал, что сказать. Поэтому Меркий ещё раз поблагодарил за своё спасение и поспешил вернуться в дом.

В доме Госпожи Меркий мог ходить, есть и ничего не делать. Предполагалось, что он должен был бы присоединиться в ежедневных трудах к своим братьям-монахам.

Но Меркий вместо этого направился в библиотеку Госпожи. Во-первых, там было тихо. Братья в этом доме были не большими любителями священных книг, потому что, как он успел убедиться, их мудрость мало кого интересовала. Во-вторых, Меркий хотел заглянуть в одну книгу и проверить свои догадки.

По его просьбе два библиотекаря вынесли ему на стол Деяния в красивом белом переплёте. Меркий пролистал первые девять песен и остановился на десятой, в которой перечислялись вся Благородная Кровь. Прародитель, его дети, Благодетели и Проклятые, и их дети. Меркий никогда не задумывался, почему в песнях перечисляются только три поколения детей, считая, что это из-за того, что Благородная Кровь была разбавлена людской, и младшие потомки их бога стали ничтожными и рассеялись по миру. Его наставники считали, что вся Благородная Кровь отправилась следом за Прародителем. Говорили, что это всё чушь, и что четвёртого поколения в то время просто не существовало, а когда оно появилось, то великие времена подвигов и свершений прошли.

Меркий быстро пролистал страницы с именами Благодетелей. Бродяжка кто угодно, только не они. Список Детей он читал внимательно, примеряя каждое описание на бродяжку Ан. Меркий сам не знал, с чего он возомнил, что она одна из Детей. Разумеется, ни одно описание Ан не подошло. Да и разве можно сравнить бродяжку с благородными героями уже ушедших времён?

Оглянувшись через плечо, Меркий воровато открыл список Разрушителей. Ан не была героем, но и не производила впечатления чудовища. И всё же он прочитал список обоих поколений Разрушителей.