Только подумав о нем, сразу же поняла, что должна сделать. Мне нужно срочно связаться с родителями! Но что им сказать? Олег угрожал, что убьет их, если я не буду держать рот на замке.

Сердце в груди клокотало, оглушая все вокруг. Надо поговорить с Федором. Если позволит им позвонить, значит, вероятнее всего он с Олегом не заодно.

Проходя по комнатам, искала его. Он сидел в гостиной на первом этаже и с кем-то разговаривал по телефону. Меня не слышал и не видел.

– Что делать? Ты шутишь что ли? Надо помочь! Ты вообще представляешь, что он творит? Кто его крышует? Серьезно? – тяжело выдохнул. – Дай подумать, – добавил и замолчал. – Неужели они такую сеть развили? Что столько генералов его прикрывает? Может ты ошибаешься?

Боясь, что он меня заметит, на цыпочках пошла к проходу. Но Федор обернулся и увидел, что я грею уши.

– Ладно, чуть позже наберу. Давай, – сказал своему собеседнику по телефону и положил трубку.

Молча смотрел на меня, поджав губы.

– Оля, я в шоке. Олег вообще такую команду собрал, ты даже не представляешь. Если мы начнем ломать его бизнес, будет война между кланами, дележка сфер влияния, – выдохнул нервно.

И что? Теперь тысячи девушек так и должны быть в сексуальном рабстве? Смотрела на него, ожидая, что же скажет.

– Давай сделаем так. Я тебя выкупаю. А уже остальных буду думать, как вызволить.

– Думаете, они меня продадут? Я же могу всем рассказать, вряд ли они будут так рисковать. Я могу обратиться в СМИ. Написать об этом в Интернете. Рассказать всем и каждому. Кто-то да поверит! И его репутации филантропа конец.

Федор напряженно стоял, и вид его говорил лишь об одном: он понятия не имеет, как совладать с ними масштабно. Не просто выкупить одну девушку, а вызволить всех. Да и выкуп одной дело под большим вопросом. Слишком крупные риски у рабовладельцев…

Крошечная надежда на освобождение готова была расколоться на множества мелких осколков. В душе завыла волынка. Грустно. Тяжко. Больно. Просто невозможно.

Невидимые путы связывали меня и не давали пошевелиться. За какие такие прегрешения мне такое наказание? Что я такого сделала в жизни, чем заслужила все это?

– Можно я позвоню родителям? – спросила без надежды на положительный ответ.

Он боится… Не хочет себя подставлять, играя в рыцаря.

– Конечно, – передав мне в руки свой телефон, заставил заплакать.

Слезы ринулись из глаз. Держа смартфон трясущимися руками, не могла совладать с собой. Я сейчас услышу их… Скажу, что жива. А что дальше говорить, даже не знаю.

– Ты в порядке? – увидев мое не совсем адекватное поведение, Федор нахмурился.

– Нормально, – ответила и для «устойчивости» села на диван.

Набрала заветные семь цифр после семерки… Звонила маме. Сердце в груди остановилось, я перестала дышать.

– Алло! – услышала ее на другом конце провода.

Стараясь не пугать ее своим голосом, убрала трубку от лица, вдохнула полной грудью и начала…

– Мама! Это Оля! Я жива, – первое, что смогла произнести, снова обливаясь слезами. – Я попала в неприятности. Но мне должны помочь. Ты сильно не пугайся.

– О, Господи! Доченька! – услышала я ее плачь. – Где ты? Говори скорее, мы приедем, заберем тебя!

– Мам, меня похитили. Не успела я выйти с вокзала, как девушка накормила клофелином. Отправили в бордель и принуждают заниматься проституцией. Ты только успокойся. Меня сейчас привезли к клиенту, и он обещает помочь, – выдохнула, глядя на Федора.

У него был такой расстроенный вид, что даже слеза прокатилась по его щеке.

– В бордель? Что? Оля, где ты? Говори скорее! Мы выезжаем тебя забрать!

– Мама, пока ничего не делайте. Мы попробуем сами. Я просто позвонила тебя предупредить, что жива. Если через три дня не выйду на связь, тогда звоните во все колокола. Дядю Юру подключите, – вспомнила про своего родственника, который работал в полиции.

Он не имел каких-то генеральских званий, но был майором, а это не последний человек в полиции… Конечно тягаться майор с оравой генералов не может, но, возможно, продумает стратегию.

– Оль, дай телефон, – попросил меня Федор.

Передавая ему в руки мобильник, смотрела на него, боясь того, что может быть дальше. Что он хочет ей сказать?

– Здравствуйте. Я Федор Артеменко, бизнесмен. Так получилось, что сегодня заказал девушку, прошу без осуждений. Мне привезли Олю. Она рассказала, что ее похитили. И теперь я думаю, как ее и других девушек вызволить. Я разговаривал со знакомыми ФСБшниками, они сказали, что это будет очень сложно. Ведь бордель прикрывают на самых верхах. Вы сильно не волнуйтесь. Через три дня будет уже дома. Обещаю. Хотя бы ее я вызволю!