На личике Алисы было написано такое горе, что профессор простил ее немедленно...

– Значит, вы это сделаете, профессор?
– настаивал Александр.
– На случай массового стремления вступить в брак я могу пригласить под благовидным предлогом доброго, старого друга семьи Николаса Найтли. Он - мировой судья и быстро уладит все проблемы с регистрацией и получением брачных лицензий.

– Я вряд ли соглашусь, - произнес профессор уже не так уверенно, - проводить эксперимент без согласия его участников. Это не этично.

– Но вы же доставите людям огромную радость. Вы значительно улучшите моральную атмосферу колледжа. Не секрет, что в условиях постоянной близости и при отсутствии должной тяги к супружеству даже в колледже может возникнуть опасность... ну...

– Да, понимаю, - торопливо кивнул профессор.
– Хорошо, я сделаю очень слабый раствор. В конце концов результаты могут существенно расширить границы наших познаний и, как вы заметили, улучшить моральную атмосферу.

– Разумеется, мы с Алисой тоже отведаем напиток, - улыбнулся Александр.

– О, дорогой, я уверена, что наша любовь не нуждается в искусственной стимуляции.

– А ничего искусственного и не будет, радость моя. Как сказал профессор, твоя любовь зародилась под воздействием точно таких же гормонов, правда, вызванных более привычным способом.

Алиса залилась розовой краской.

– В таком случае, любовь моей жизни, зачем же повторять?

– Чтобы подстраховаться от всех превратностей судьбы, счастье мое.

– Надеюсь, обожаемый, ты не сомневаешься в моих чувствах?

– Нет, моя прелесть, но...

– Но? Ты что, не веришь мне, Александр?

– Ну конечно же, я тебе верю, Алиса, но...

– Но? Снова "но"!
– Алиса в негодовании поднялась с кресла. Если вы мне не доверяете, сэр, то, может быть, мне лучше вас оставить...

С этими словами девушка действительно выскочила из комнаты. Опешившие мужчины растерянно смотрели ей вслед.

– Боюсь, что мой гормон совершенно неожиданно явился поводом не для заключения, а для разрыва брака, - произнес профессор.

Александр с несчастным видом сглотнул, но гордость пересилила, и он торжественно произнес:

– Она вернется. Такую любовь разрушить нелегко.

Выпускной бал, конечно, был событием года. Юноши сияли, девушки сверкали. Переливалась музыка, и танцоры парили в воздухе, едва прикасаясь к полу ногами. Повсюду царило безудержное веселье.

Во всяком случае, почти повсюду. В дальнем углу зала стоял Александр Декстер. Лицо его было бесцветным, как лед, а в суровых глазах застыла решимость. Несмотря на его стройную фигуру и красивую наружность, ни одна девушка к нему не подходила. Все знали, что он принадлежит Алисе Сэнгер, в чьи владения студентки колледжа вторгаться не рисковали. Кстати, где же Алиса?

Она приехала отдельно от Александра, и гордость не позволяла ему отправиться на поиски. Он лишь надменно щурился и пристально следил за кружащимися в танце парами.

К молодому человеку подошел профессор Джонс. Официальный костюм ученого был пошит строго по его меркам, но сидел все равно ужасно.

– Я добавлю гормон в бокалы перед ночным тостом, - сказал он. Мистер Найтли еще здесь?

– Видел судью минуту назад. Он взял на себя обязанности мажордома и следит, чтобы пары соблюдали положенную дистанцию. Решено, что менее чем на четыре пальца сближаться не следует. Мистер Найтли самым тщательным образом делает необходимые замеры.

– Отлично. Да, я забыл спросить: содержится ли в пунше алкоголь? Спирт может отрицательно повлиять на действие аматогенического состава.

Несмотря на разбитое сердце, Александр нашел в себе силы защитить честь своего сословия.

– Этот пунш, профессор, изготовлен согласно рецептам, которым строго следуют все студенты колледжа. Он содержит чистейший фруктовый сок, рафинированный сахар и немного лимонной кожуры - наш пунш взбадривает, но не опьяняет.

– Отлично, - сказал профессор.
– Я добавил в состав успокоительных капель, они усыпят участников эксперимента на тот период, пока гормон не начнет действовать. Как только подопытные проснутся, первый же человек, кого они увидят - противоположного, разумеется, пола - воспламенит в их душе чистый и благородный порыв, который неизбежно приведет к свадьбе.

Время приближалось к полуночи, и профессор поспешил к огромной чаше с пуншем, пробираясь между танцующими на расстоянии четырех пальцев друг от друга студентами.

Расстроенный до слез Александр вышел на балкон. При этом он не заметил Алису, которая вошла в зал с соседнего балкона.

– Полночь!
– выкрикнул чей-то счастливый голос.
– Тост! Тост! Тост за жизнь, которая у нас впереди!

Все столпились вокруг чаши с пуншем, передние передавали назад наполненные бокалы.