На столе завибрировал телефон. Звонил Кубинец – один из старых знакомых, байкер со стажем. Его Артем также привлек, снабдив фотографией своей дикой кошки с камер наблюдения в клубе.

– Да! – выдохнул он в трубку. – Надеюсь, хоть у тебя есть для меня новости.

– Привет, Ирбис, дружище! – уже по самому приветствию можно было сказать, что тут полный голяк. – Прости, мужик, но пока ничего нет. Я показал фото почти всем, но твою крошку никто не знает.

– Твою мать! Неужели так трудно найти в этом сраном городе одну единственную девку, нужную мне! – зарычал в бешенстве мужчина. – Мне что, на телевидение с ее фоткой идти?

– Да что эта детка такого тебе сделала, что ты охоту на нее открыл? – не сдержал любопытства Кубинец.

– Это не твое дело, – огрызнулся мужчина. – Просто найди ее.

– Да ты запал, мужик! А девочка и правда ничего так. И грудь, и ножки…

– Кубинец, ты слюни-то подбери, – хрястнул по столу Артем. – Если найдешь, и пальцем трогать не смей!

– Да понял я уже! Я же не дурак дразнить такого зверюгу, как ты. Будем искать. Ладно, мужик, бывай!

Аристову захотелось разбить телефон об стену. Третий за неделю. Что же за херня такая! Эта дикая кошка что, спецагент, что так прячется? А что, если она вообще была в городе проездом и больше не вернется? От подобных мыслей очень хотелось кого-нибудь избить. Сильно.

Ирбис вернулся взглядом к замершему на экране лицу. Даже в таком плохом качестве изображения его естество безошибочно узнавало ее и напрягалось в ответ. Всматривался, желая понять, чем же эта ведьма его так зацепила. Не была ведь похожа на тех гламурных девиц, с которыми он спал обычно. Сильное, гибкое тело, с явно проступающими тренированными мышцами. Оно и ощущалось в его руках совсем по-другому. Никакой прически от модного стилиста – просто коротко стриженые светлые волосы. Никакого маникюра и сексуальных шмоток, каблуков и кружевного белья. Почему-то при мысли о том, что неуловимая зараза не носит белья, по телу опять хлынула волна огня, делая его твердым как камень. Проклятая, дикая кошка! Если бы он знал, чем обернется для него эта ночь… Хотя даже если бы знал, просто не дал бы уйти. Когда шла речь о его интересах, желания других в расчет не брались.

– Артем Викторович, вы обедать в офисе будете? – робко заглянула секретарша Олечка.

– Нет. Я уезжаю, – раздраженно ответил он. – Скажи Роману, пусть подгонит машину.

Выйдя из здания в сопровождении двух телохранителей, он вдруг почувствовал, как резко напряглось все тело в предчувствии. На противоположной стороне улицы стояла она, опершись о стену здания, и смотрела на него, щуря от солнца свои зеленые глаза… Сердце сорвалось в галоп, и в горле моментально пересохло.

– Оставайтесь здесь, – приказал он телохранителям треснувшим голосом и пошел через улицу, не замечая попадающихся прохожих и резко тормозящих машин. Взгляд зеленых глаз прожигал его как лазер. Подойдя к ней вплотную, он оперся о стену по обе стороны от ее лица, и, опустив голову к шее, втянул запах. Тело отозвалось, натягиваясь, как от удара хлыста, и в паху мгновенно родилась тянущая боль предвкушения.

– Зачем твои люди искали меня? – тот самый хрипловатый грудной голос, что он помнил срывающимся то в крик, то в шепот.

Не сдержавшись и не думая, кто сейчас среди бела дня может их увидеть, он приник губами к ее шее, впиваясь жестким поцелуем, с наслаждением ощущая терпковатый вкус кожи на своем языке.

– Хочу тебя.

– Встречаться дважды – против моих правил, – спокойно ответила она, хотя он явно почувствовал, как ускорился пульс, бьющийся под его губами.

– Значит, ради меня ты изменишь своим правилам.

Артем провел большим пальцем по ее нижней губе, желая опять стать просто содрогающейся от наслаждения плотью под ласками этого порочного рта.

– Это вряд ли.

– Но ведь ты уже здесь, – он просто позволил своим губам путешествовать по ее щеке и виску.

– Я пришла сказать, чтобы ты прекратил меня искать, – дыхание девушки едва заметно изменилось, но она упрямо смотрела куда-то вдаль.

– Вранье. Ты тоже хочешь меня. И запомни: никто не говорит мне что делать, – грубо указал мужчина, щипая ее нежную кожу зубами.

– Тогда я ухожу, – сказала она, но не шевельнулась.

– Ни хрена подобного, детка! Не раньше, чем я опять буду в тебе так глубоко, как это только возможно. Ты ведь вспоминала об этом? – Ирбис совершенно бесстыдно толкнулся бедрами, вжимая свою зеленоглазую ведьму в стену.

– Не льсти себе, – резко выдохнув, огрызнулась она.

– Не-е-ет, что ты, – протянул Ирбис, вдавливаясь стояком еще жестче. – Я прекрасно помню каждый твой крик и как ты стискивала меня внутри, кончая раз за разом. Никакой лести, только факты.

– Ну я же сказала, что ты был хорош, – изобразила неискреннюю улыбку.

Ирбис, озлившись, укусил ее за ключицу.

– Могу поспорить, я лучший любовник, что был у тебя, – нахально заявил он.

– О, да ты просто скромник! – ее чувственный рот опять дернулся в насмешливой улыбке, заставляя дрожать все у него внутри.

– Ну на хрен эти игры, детка! Я хочу тебя так сильно, что готов поиметь прямо у этой стены, и почему-то мне кажется, что ты мне не откажешь. Не испытывай мое терпение. Я привык получать то, что хочу.