— Как он может быть с тобой, зная, что ты была с другим? — спрашивает Юра смотря на меня с таким укором, что мимо воли чувствую себя оплёванной.

— Хватит меня оскорблять! — вскрикиваю, поднимаясь на ноги и роняя пакет со льдом на пол. — У тебя нет никакого права так разговаривать со мной, я тебе ничего не должна!

— Но и я тебе ничего не должен, Петрова! Ни тебе, ни твоей сестре! — говорит этот ублюдок, поднимаясь на ноги и подходя ко мне слишком близко.

— То есть своё получил, а ей теперь всю жизнь прячься от оборотней, потому что ты не можешь взять на себя ответственность за свой поступок? Ну ты и…

— Кто? Рогоносец? Ты такая же, как твоя сестрица, запудрила мозги брату притворившись белой овечкой, а сама…

— Сама что? Ты договаривай, договаривай, чего замолчал? — смотрю на него не скрывая ненависти.

— Брат, — обращается кудрявый к человеку за моей спиной, что слегка бесит.

— Тебе лучше замолчать, — говорит мой оборотень, подходя ко мне и почти силком снова усаживает на диван.

Мастерски перевязывает руку, словно это он на медицинском учится, а не Кирилл. Закончив не отпускает руку, а опустив взгляд смотрит в никуда. Гнетущая тишина давит на нервы, Говерла поднимает с угла уцелевшею бутылку вина и отпивает с горла, а затем подает то ли Каю, то ли мне. Принципиально не беру, а бывший блондин берет и залпов выпивает, словно пытается заглушить алкоголем что-то.

— Значит ты к ней не вернёшься? — спрашиваю у Юры смотря только перед собой.

Говерла мотает головой, забирая у друга бутылку и отпивая с горла и садится рядом с Каем.

— А вам не кажется, что мы уже не в подростковом возрасте что бы решать споры кулаками? — интересуюсь, смотря только на свою перевязанную руку.

— Сказала та, что разрушила всю кухню, — говорит Кай с улыбкой.

— И ударила меня сковородкой, — добавляет Юра после чего мы все смеемся.

Со смехом исчезает напряжение между нами и как-то легче даже дышать становится.

— Разве не глупо бросать того, кого любишь, только из-за запаха? — спрашиваю в Юры, но смотрю почему-то на другого оборотня. — Я вообще не понимаю, что такого в том, что ты чувствуешь ее запах? Может он из-за беременности проявился?

— Ты правда не понимаешь? Запах волчицы меняется только в одном случае.

В каком именно он не уточнил, но как-то слишком выразительно посмотрел на меня с такой только свойственной ему насмешкой. Вздыхаю с легким отвращением, звучит это, как дурацкая отмазка.

— Кай, ты же говорил, что Кристина Юркой пахнет, разве нет? — вспоминаю наш разговор с альфой с легким наездом.

— Она и правда пахнет тобой, кудрявый, — соглашается альфа со мной, чем вызывает мою благодарность и желание подергать его за щечки.

Хмыкаю с недоверием смотря на кудрявого, тот толкает плечом Кая, но он даже с места не сдвигается. Они обмениваются репликами без слов, такими красноречивым судя по мордам, что чувствую себя лишней в их компании.

— А вы тоже что ли мысли друг друга читаете, как в тех голливудских фильмах? — спрашиваю с кривой улыбкой, и серьёзные до этого оборотни смеются.

— Мне даже страшно представить какие мысли роются в его кудрявой голове, — смеется Кай, и я тоже смеюсь, хотя и через силу.

— Тоже мне невинная овечка, — сделал вид, что обиделся Юрка.

— Но все же, — перестаю улыбаться, потому что уже сил нет, — ты бросил мою беременную сестру только из-за запаха?

— Скажем так, это было последней каплей.

Он молчит, в этой комнате мало мебели. Так что хочешь не хочешь приходится как-то соприкасаться друг с другом. Интересно, здесь всегда было так мало мебели, или это Юра от нее избавился так же, как и я на кухне?

— Последней каплей? — слегка раздражённо переспрашиваю с ненастоящей улыбкой на губах. — Это чем же Кристина тебе так не подошла?

От моего резкого вопроса кудрявый скривился и посмотрел на меня с негодованием.

— Ты всегда была такой…

— Всегда, — давит ухмылку Кай, но я все равно ее замечаю.

Толкаю его локтем, но случайно задеваю перевязанную руку, от этого шиплю проклятия, даже когда обнаглевший оборотень приобнимет за плечо и целует с улыбкой в шею. Чувствую в этот момент некоторое смущение и желание оттолкнуть его. Понимаю почему он так делает, почему хочет показать, что я принадлежу ему, но все равно кажется не просто неправильным, а унизительным. Сбрасываю его руку со своего плеча, но что бы не обидеть прислоняюсь головой к его плечу. Мне даже кажется, что чувствую тот момент, когда он напрягся после первого моего действия и как расслабился после второго.

— После того, как ты пропала, Кристина сильно изменилась, — кудрявый специально отводит взгляд сторону, но мне сложно понять почему. Что бы не видеть проявления наших с альфой отношений или что бы скрыть свои истинные чувства касательно разговора?

В любом случае чувствую себя очень неловко, особенно от того что Юра замолкает, словно давая понять, что считает меня виноватой.

— Не знаю, как по мне она не изменилась, — почему-то оправдываюсь, смотря перед собой с натянутой улыбкой, — разве что слегка внешне.