Последнее я сказала с таким глубочайшим намеком и такой интонацией, что до оборотня наконец дошло. Кай прищурился, открыл папку и посмотрел на содержимое бросая на меня неоднозначные взгляды. Он достал только кольцо из папки, как будто специально не желая увидеть остальное что там находится. Знакомое кольцо в его ладони казалось крохотным он смотрел на него, не отрывая взгляда и прекратил, только когда моя рука накрыла его ладонь.

— То, что приносит боль мне и тебе по отдельности, не обязательно должно приносить боль нам.

В моей голове эта фраза звучала слегка пафосно, особенно для той ситуации, в которой мы сейчас находимся. Он смотрит на меня снизу вверх и мне кажется ничего не понимает. От того что он так меня вынуждает говорить напрямую живот скрутило.

— На колено встанешь? — спрашиваю зачем-то, вместо просто сказать все как есть.

Почему с ним так тяжело говорить напрямую, а не намеками? Возможно потому что я боюсь быть обманутой? А так, может я имею в виду совсем что-то другое, а не предложение руки и сердца. И маме на зло, и швабру побесит — одним кольцом всем отомщу.

— Ну, да, действительно, куда там альфа-самцу перед какой-то коровой на колени вставать… Давай так! — сажусь рядом, забираю папку и откладываю ее в сторону.

Знаю, что не стоит этого делать, но все равно делаю — протягиваю ему руку, чуть ли не в самый нос тыча. Наступает пауза, во время которой я слегка протрезвела и почти поняла, что делаю. Вот только все дело в этом «почти», ибо мысленный процесс прекратился, как только он резко спускается на колени перед мной и хватает мою руку так крепко, как будто убегу.

— Знаешь, я как-то не так себе это представлял, — проговорил он с иронией.

— Я, знаешь ли тоже, — соглашаюсь с ним с улыбкой, — но ты же сам сказал…

Он обривает мою фразу надев на мой палец кольцо моей матери. Надо же, я заставила альфа козла сделать себе предложение, это даже слегка забавно. У меня вырывается нервный смешок и не нахожу ничего лучше, чем дернутся что бы встать, но он не дает.

— На тех же условиях, что и у твоих прапрадедушки и прапрабабушки, — говорит он, зачем-то, цепко смотря в мои глаза и только после этого отпускает.

Шестое чувство подсказывает — в этих словах есть какая-то загвоздка, но я не понимаю в чем, или не хочу задумываться. Кольцо словно удавка, ещё один способ ограничить мою свободу, но не ограничивает, потому что я выбрала это сама. Зачем? Что бы довести маму и Дарью? Нет, не только. На самом деле мне хотелось иметь какую-то твердую уверенность что все это не игра. Почву под ногами, которая позволит мне сказать — он не обманул меня снова. Это кольцо — реальность, его прошлое, то что нас будет связывать, и причина по которой не сможет сказать: «я просто играл».

Ну и кто я теперь? Его невеста? Но он ведь не задавал главного вопроса. Хотя это логично, не задавать вопрос, если на него только один ответ, что бы я не выбрала. Лучше бы у нас просто было чем это, тогда бы не было так стыдно. Главное помню, что мы ещё о чем-то разговаривали, но не помню, о чем. Похоже вчера меня так конкретно занесло не в ту степь. Заставить его надеть мне на палец кольцо его матери — это же надо было до такого додуматься! Как стыдно то… настолько что пить снова хочется, только бы забыть.

Руку сжимает крепко, не дает высвободится, словно собаку на коротком поводке держит. Вот поспорю Ваня Дарье не так предложение делал, даже если она его тоже заставила на себе женится. С нее не убудет заставить, стерва же настоящая! И я похоже тоже немножечко стерва.

Мы съехали на трассу и я с удивлением вспомнила эту дорогу.

— Мы едим…

— На территорию Рината, так что лучше не отходи от меня далеко. Хорошо? — перебивает меня Кай.

Интересно, как у меня получится отойти хоть на немного, если он меня так крепко держит за руку? Если так подумать, ближайший аэропорт и правда в моем родном городе, проблема в том, что меньше всего мне хочется туда возвращаться.

***

Вся дорога прошла в тишине, Михаил пытался отвлечь нас, сначала разговорами, а потом музыкой. Но все это вызывало у меня головную боль, и он как-то сам собой перестал пытаться нас разговорить.

Мой родной город встретил нас жарой, кондиционер работает во всю, я даже открыла окно и слегка выставила левую руку наружу. Хотя бы одна моя рука свободна, вторая крепко сжата им. Почему мне нравится такое сочетание: я и свободна и в плену? Может потому что это для меня и не плен вовсе? Прикусываю нижнюю губу, чтобы не улыбнутся. От похмелья болит голова и глаза от яркого света, пользуюсь этим словно отговоркой, чтобы слегка повернутся к нему лицом и даже положить голову на его плечо.