Себастьян поморщился от приторного запаха крови и сел на корточки рядом с убитым, внимательно изучая бездыханное тело, вокруг которого образовалась лужа запекшейся крови.

— Тело нашли только что?

— Да, — утвердительно кивнула Анна, с ужасом смотря на мертвого азиата.

— Такое ощущение, что он умер несколько часов назад. Чувствуется запах разложения.

— Кажется, кто-то просто решил подкинуть тело и посмотреть на нашу реакцию, — вздохнула Татьяна и взглянула в окно, видя, что полицейские уже начали заходить в здание.

— Смотри, не наследи тут, — осторожно отошел от тела Себастьян и, поиграв желваками, взглянул на напарницу. — Сейчас важна каждая улика.

***

Полицейские и эксперты быстро заполнили кухню, словно мухи. Тут и там раздавались вспышки фотоаппаратов, ослепляющие всех и вся, какие-то крики, шепоты. Буквально каждое живое существо, находящееся здесь, было в полном замешательстве. Никто не знал, как быть, что делать. Очередное происшествие за последние двое суток явно привлекли к этому зданию огромное внимание общественности.

— Если информация об убийстве просочится в прессу, нас ждут большие неприятности, — Татьяна с явным беспокойством взглянула на Себастьяна, нервничая при виде такого количества полицейских.

— Не волнуйся. Это я их вызвал. Они надежные ребята.

— Поверю тебе на слово… Мне кажется, это обычное самоубийство. Все улики указывают на это. Даже орудие убийства найдено рядом с жертвой. Думаю, тут все ясно.

— Но почему никто из персонала не увидел этого человека? Ведь в это время повара находились здесь. И нашли тело уже в таком виде? Что могло ослепить их?

— Когда я сюда приехала, то обнаружила наличие во всех комнатах свечей с примесью странных трав. Анна объяснила, что они расставлены из-за перебоев с электричеством. Но тогда зачем было использовать травяные свечи? Вдруг эта смесь обладала наркотическими свойствами и вызывала галлюцинации?

— Твоя теория интересна, но во время осмотра здания мы так и не нашли этих свечей. Никаких следов воска тоже не обнаружено.

— Нужно поговорить с Анной. Причем срочно. Она явно что-то скрывает.

— Ты подозреваешь ее?

Татьяна на миг замолчала. Она не знала, в какое русло стоит направить собственные мысли, но быстро развивающееся действо заставляло девушку мыслить совершенно нетрадиционно и выдвигать даже самые бредовые теории. Истина может таиться в любом суждении, даже в том, где напрочь отсутствует логика. Анна казалась совершенно безобидной и правильной женщиной, но что-то Татьяне подсказывало, что в этом месте самый чистый человек может скрывать под своей белой оберткой гнилую начинку. Это вынуждало подозревать каждого, кто находился этим утром в здании.

— Отправь тело на экспертизу. Мы должны выяснить, что на самом деле убило его.

— Ты же сказала, что это обычное самоубийство.

— Мое мнение может смениться несколько раз… А Анну следует отправить в участок и допросить.

— Неужели ты думаешь, что такая хрупкая старушка способна на убийство?

— Нет. Но она может прикрывать убийцу. В таком деле нужно рассматривать все варианты. У нас наконец-то появилась важная улика. И мы должны выжать из нее максимальное количество сведений. Я хочу знать, кем был этот мужчина, чем занимался. Это должно пролить больше света на данные события.

— Ты уверена, что это даст какие-то результаты?

— Если бы не была уверена, то просто молчала. Сейчас я говорю, поэтому нужно действовать.

Татьяна взглянула на Анну, которая сидела у окна и смотрела куда-то вдаль, ничего не замечая вокруг. Девушка хотела верить, что эта милая женщина полностью чиста и ни в чем не замешана, но сомнения терзали ее сознание, в голове мелькали совершенно безумные теории, каждая из которых желала получить подтверждение. И у детектива не оставалось ничего, кроме как продолжить путь к поиску истины.

***

Анне было гораздо тяжелее подниматься по лестнице наверх, чем пару лет назад. Преклонный возраст без устали давал о себе знать, но женщина упрямилась и сопротивлялась времени, пытаясь делать все так же, как в молодом возрасте. Но боли в суставах, проблемы с дыханием не давали бедной Анне забыть о непрекращающемся старении, что, в конечном итоге, заставило ее смириться и беречь свой «ржавеющий» организм. В первое время трудно привыкнуть к тому, что твоя молодость уходит, что прошлое больше не вернуть, но потом тебе нравится старость, ты находишь в ней лишь плюсы и вновь радуешься жизни. И Анна любила свою жизнь, берегла ее, как драгоценный камень, боялась упустить хотя бы один день и не сделать его значимым.