Мори хмыкает в знак признательности, напоминая себе о бонусе. Частный детектив – это сфера услуг, значит, клиент – бог. Как успешный предприниматель другой части сферы услуг, Кимико Ито знает расклад. Такие же бонусы, наверное, она платит своим подчиненным, и сама их получала в юности. Она понимает, что подходящее вознаграждение может помочь «как следует сосредоточиться» в сложных обстоятельствах, например, когда раздвигаешь ноги перед каким-нибудь иссохшим политиком со слабым сердцем и простатой, похожей на сацуму. [42]

Вот зачем Кимико Ито звонит: получить последнюю информацию по делу Миуры. Мори говорит, что предположение об убийстве подгверждается, у него есть вполне ясные представления об обстоятельствах, и он уже поговорил с подозреваемым.

Кимико Ито явно впечатлена:

– То есть, вы уже знаете, кто убийца?

– Я сказал, «с подозреваемым», – отвечает Мори. – Пока нет реальных доказательств, и мотивы не отработаны.

– Ах, мотивы! То есть, вы думаете, что жена ни при чем?

– Вероятно, нет. По моему мнению, дело связано с политическим скандалом.

– С политическим скандалом? – Кимико Ито произносит это так, будто никогда прежде не сталкивалась с подобным словосочетанием.

– Да, с отцом жены. Миура-сан никогда ничего о нем не рассказывал?

– О Торияме-сэнсэе? Нет, не думаю.

– А о фармацевтической компании «Наканиси»? Никогда такую не упоминал?

Кимико Ито заливается смехом:

– Вы не понимаете, Мори-сан. Он никогда не обсуждал серьезных вопросов с такой слабоумной бедняжкой, как я.

Мори сардонически ухмыляется. Кимико Ито вышла ниоткуда. Теперь она живет в роскошной квартире в самом дорогом районе города, летает по свету первым классом, играет в гольф на Гаваях. Вот насколько она слабоумная.

– Ладно, – говорит Мори. – В любом случае, подозреваемый – ключ ко всему делу. Велика вероятность того, что он признается.

– Правда? Что заставляет вас так думать?

– Инстинкт, – говорит Мори.

Он не объясняет, что инстинкт основан на пятнадцати годах дружбы.

– Отличная работа, – говорит Кимико Ито. – Кстати, я сегодня в Мадриде. Здесь есть музей, называется «Эль Прадо». Вы слышали о нем, Мори-сан?

– Да, слышал. Там самая большая в мире коллекция Гойи.

Мори думает о том, с кем же она путешествует. Может, она шагает в ногу со временем, и ее спутник – глава консорциума, связанного с цифровым телевидением или биотехнологиями. Более вероятно – другой чиновник из числа элиты или восходящая политическая звезда. Этот род богатства менее очевиден, но более стабилен.

– Гойя? – переспрашивает Кимико Ито высоким голоском. – Это тот, что отрезал себе ухо?

– Нет, то был Ван Гог.

– И что Гойя рисовал, растения или людей?

– Большей частью – людей.

– Вы все знаете, Мори-сан. Вы такой умный. Кимико Ито кладет трубку. У Мори есть сильное подозрение, что она знает о живописи больше, чем он сам когда-либо узнает.

Он делает себе чашку кофе, садится и лицом к лицу встречает дилемму, которой все это время избегал. Что делать с Танигути?

В профессиональном смысле ответ ясен. Кимико Ито – слишком ценный клиент, чтобы ею разбрасываться. Мори должен приложить максимум усилий к раскрытию этого дела, а потом передать его в руки полиции. Прямой результат: сенсационный процесс об убийстве, растиражированный во всех скандальных журналах, куда сам Танигути писал статьи. Непрямой результат: позор, нищета, окончательное безумие.

В личном смысле ответ опять-таки ясен. Мори должен встретиться с Танигути, рассказать ему все, что знает, затем добиться от него согласия принять медицинскую помощь. Прямой результат: шанс вновь вернуть к жизни старого друга. Непрямой результат: никакого бонуса, никакого возврата кредитов.

Есть и другие сложности. Что там с людьми из Информационного бюро? Независимо от действий Мори они могут в конце концов добраться до Танигути. И примет ли Танигути его предложение? А если примет, можно ли ему верить? В конце концов, убиты уже, по крайней мере, двое.

Мори откидывается на стуле, закладывает руки за голову, уставившись в пятна на потолке. На столе перед ним остывает нетронутая чашка кофе.

Вдруг мысли Мори прерываются. Шум за дверью, скрежет металла о металл. Кто-то пытается подобрать ключ к замку. Мори крадется к двери, по шее скользят мурашки; в голове звенит эхо вчерашнего выстрела. С другой стороны, слышит он, звякают ключи, судя по звуку – большая связка. Очередной ключ просовывается в скважину, на этот раз подходит и поворачивается. Мори пережидает полдюжины ударов сердца, затем с размаху распахивает дверь и бросается на того, кто стоит снаружи.

– Эй! Что ты делаешь, детектив-сан?

Ангел выворачивается из его хватки, в глазах шок. Мори отдергивает руку от ее шеи, делает шаг назад.

– Что я делаю? – взрывается он. – А зачем ты ко мне вламываешься?

Ангел звякает тяжелой связкой ключей у него перед носом.

– Это я у своего друга позаимствовала, – говорит она. – Хотела сделать тебе сюрприз.

Мори прислоняется к стене, выдыхая с облегчением.

– Тебе это определенно удалось, – говорит он. Ангел показывает на пол. Там – длинная узкая коробка.