– «Неразрушимый» устойчив от воздействия Пиролизации и Некромагии, – ответил я на ее немой вопрос. И надавив, отсек и вторую руку. Не всю, конечно, большой палец оставил.

Вот теперь Омега закричала. Может и не столько от боли, сколько от страха. Свежий обрубок фонтанировал кровью, и она пыталась отгородиться им от меня. Спрятаться за культей. А во мне не было ни наслаждения, ни разочарования – лишь пустота. Я поднял меч и отсек ей голову, словно срезал качан капусты. Легко и не напрягаясь.

Вы убили враждебно настроенного к вам Игрока.

Доступна смена направления развития на Пирализатор (необходимо в течение 24 часов оставить текущее направление или выбрать новое).

Вы можете захватить один из Ликов: Жнец, Соглядатай, Отшельник, Беглец (необходимо в течение 24 часов выбрать один из Ликов, в противном случае он будет выбран произвольным образом).

Захвачено умение Обновление.

Захвачено заклинание Туман.

Ваша известность повышена до 16.

Ваша известность повышена до 17.

Ваша известность повышена до 18.

Я повернулся в сторону, где ранее лежал Бранн и никого не обнаружил. Куда-то спылили и двое Ищущих. Видимо, решили, что своя шкура дороже, чем интересы мертвой хозяйки. Той, что превратилась прах.

Я снял черную маску и броня исчезла, будто ее и не было. А потом обессилено рухнул на колени. Меч выпал из руки, пальцы утонули в плотном снегу. Холодный воздух обжигал горло, а слезы струились горячими ручьями по щекам. Я даже не обратил внимания, как из темноты вышли фигуры Игроков. Как один из них отделился от общей массы. Как подошел ко мне и тронул за плечо.

Я поднял глаза на Оливерио и сказал лишь одно единственное слово.

– Почему?

– Нельзя было по-другому, – ответил Магистр и обнял меня.

И только прижатый к этому толстому, рыхлому Видящему, я разрыдался по-настоящему.

Всем нам нужны ответы. Как на вечные вопросы: «Откуда мы пришли? Кто мы? И куда идем», так и на простые, житейские. Любопытство человека не знает границ. И нет ничего хуже, чем оставлять вопросы без ответа. Они начинают терзать тебя, подобно стервятнику, нагнавшему обессилевшего в пустыне путника.

Я смотрел на снующих по недавнему полю боя Видящих и Стражей, но по-прежнему ждал, когда ко мне вернется Оливерио. Тот деловито ходил по развороченному от множества ног снегу и отдавал приказы. В основном по сбору трофеев, что выпали из убитых. Изредка поглядывал на меня, словно опасаясь за Сережино психическое состояние. Зря, кстати, переживал.

Я уже был спокоен. Сидел на заднице, скрестив по-турецки ноги и закапывая руки в снег за спиной. Пальцы неприятно покалывало, но это было единственное, свидетельствующее о том, что я жив. Ко всему остальному, что творилось вокруг меня, я был безразличен. Даже не посмотрел на выпавшие заклинания, умения, Лики. Сейчас для меня это не имело ровно никакого смысла. Один Всадник в бегах, двое мертвы, как и Охотник. Я исполнил пророчество, про которое говорил наставнику Оракул. Я убил своего учителя. Все остальное попросту не имело смысла.

– Как дела? – подошел ко мне Магистр.

– Как сажа бела. Не думаешь, что вопрос глупый? – я ответил без злости и раздражения. Не заметив, что перешел на «ты».

– Да, глупый. Нет ничего хуже, чем утешать человека.

– Я не нуждаюсь в утешении. Лучше ответь как есть. Ты знал, ведь так?

– Когда взял твою руку, сразу все увидел, – признался Оливерио, – что то сражение, к которому готовились мы – всего лишь приманка. А основная битва будет здесь. И сразу же рассказал Гроссмейстеру.

– Ты видел, что Охотник умрет, – я не спросил, а констатировал.

– Видел. Если бы мы вмешались, то все могло измениться. И ход сражения вышел другим.

– И Нума выбрал меньшее из зол.

– Жертв и без того было очень много. Ты не можешь представить, что бы здесь творилось, обрети Омега настоящую силу. Завладей она одним из твоих Ликов.

– Да, она рассказывала.

– Между прочим, там, – указал Оливерио куда-то в сторону, – погибло очень много людей. Очень много Ищущих.

– Тут тоже. Ладно, в общем все понятно.

Я с трудом поднялся, ноги были будто ватные. То ли отсидел, то ли просто усталость давала о себе знать. Рана, кстати, чуть затянулась и больше не кровоточила. Работала Регенерация, о которой я почти забыл. Хотя боль так полностью и не ушла.

– Куда ты? – удивился Оливерио.

– Туда, – ткнул я в сторону, откуда пришел.

– Подожди, мне надо тебе кое-что показать.

Он повел меня к концу дома, где в нетерпении хрипело шесть зевов. Рядом с ними стояло несколько минивэнов. У одного из них, развернутого к нам «задницей» оказался открыт багажник, поэтому можно было разглядеть салон. Внутри сидела Лилька, постоянно кивающая беседовавшему с ней Ищущему. В руках она держала пластиковый стаканчик, от которого шел пар. Чай, наверное. Но самое важное другое – она больше не была обывателем. Проницательность подсказывала, что моя сестра теперь Светляк.