— На общие, мам, — Игорь отложил уже вымытую тарелку в сторону и взял следующую, Магнусову. — И это не моя квартира, а бабушкина, если ты не забыла.

— И она до сих пор не родила для тебя ребёнка, — зашипела мать на ухо Игорю. — А что, если она не сможет? Где ты вообще нашёл эту девицу? Невоспитанная, хамит мне, а я, между прочим, старше, я твоя мать… Долго я ещё вынуждена буду терпеть такое к себе обращение?

— Ты вполне можешь ничего не терпеть и уехать. Я люблю Сашу, она хорошая жена, и я не понимаю, что тебя не устраивает.

Мать придвинулась ещё ближе и зашипела вновь:

— Ты зря прогнал Лерочку. Она — хорошая хозяйка, молоденькая, красивая, и почему тебе было на ней не жениться? Она влюблена в тебя без памяти! Можешь себе представить, как хорошо бы вы жили? Ты был бы всегда сыт, накормлен и…

— И умер после первой же её стряпни, — закончила Саша, невесть как оказавшаяся у Надежды Петровны за спиной. — Я не сомневалась, что вы обо мне не высокого мнения, но это уже слишком. Надеюсь, вы покинете наш дом как можно скорее.

Она вышла с кухни, и Игорь слышал, как громко хлопнула дверь спальни.

Проклятье!

— Ты слышал? — тут же оживилась мать. — Слышал, как она себя ведёт? Словно она здесь хозяйка! Я бы на твоём месте…

— Мама, — перебил её, не сдержавшись, Игорь. — Ты не на моём месте. И Саша права. Завтра же я отвезу тебя обратно на дачу и надеюсь больше не слышать возмущений по этому поводу.

82

10 февраля 2018 года

Суббота

Мамина кофточка, до этого по-царски разложенная на кровати, была запихнута в новомодный дорогой чемодан последней. Надежда Петровна раздражённо надавила на крышку, с такой силой дёрнула за собачку, что едва не сломала дорогую вещь.

— Помочь? — поинтересовался Игорь. — Или ты справишься сама?

— Ты совсем не уважаешь мать, — со вздохом сообщила она. — И жёнушка твоя… вот, даже разговаривать со мной не особенно спешит.

— Ты вчера предлагала мне присмотреться к Лере, не так ли? — уточнил Ольшанский. — И ты удивляешься, что моя жена не хочет с тобой говорить? Мама! Ну какая нормальная женщина будет толкать своего сына на измену?!

— Ты у меня для этого слишком порядочный, — сухо возразила Надежда Петровна. — Хотя, возможно, не слишком хорошо разбираешься в людях.

Игорь скрестил руки на груди и строго посмотрел на мать. Это, кажется, заставило её умолкнуть, и она вновь заспешила, собираясь.

— Я рассчитывала, — бормотала она, уже обуваясь в коридоре, — что смогу провести со своим сыном побольше времени, и что нам никто не будет мешать, а он выставляет меня из дома уже через несколько дней после приезда, потому что я, видите ли, повздорила с его женой… А ведь в детстве ты был таким хорошим мальчиком!

Она выпрямилась и протянула руку с явным намерением потрепать сына по щеке, но застыла, поняв, что ниже его на две головы, да и Игорь — давно уже не маленький ребёнок. Кажется, Надежда Петровна не всегда до конца это понимала, потому была готова сражаться за свою правоту до победного конца. Не всегда это у неё хорошо получалось, часто бывали провалы, но сейчас мама пыталась говорить с юмором.

Да, деревня несколько изменила её. Мать стала добрее, не бросалась на тех, кто ей не нравился, как раньше, но всё равно не могла успокоиться и принять тот факт, что иногда её не слушались. И это иногда, возможно, случалось куда чаще, чем она могла желать.

Игорь дождался, пока мама обуется, помог ей надеть ту самую кричащую, совершенно дикую шубу, подхватил чемодан и пропустил маму вперёд, чтобы закрыть за собой дверь на ключ. Саша ранним утром предусмотрительно умчалась по делам, не желая контактировать с нелюбимой свекровью, и, что же, Игорь не мог её осуждать.

Мама по привычке устроилась на переднем сидении, чтобы всю дорогу донимать сына относительно его неправильного выбора, но, кажется, в самую последнюю секунду одумалась и принялась рассказывать о чём-то отвлечённом. Игорь слушал её краем уха, стараясь следить за дорогой. Было холодно, трассу сковало льдом, и, чтобы не потерять управление, пришлось сосредоточить всё своё внимание на управлении автомобилем.

Если в городе ехать было ещё более-менее нормально, мешала только снежная каша, то когда они выбрались на трассу, стало совсем кошмарно. Тех, кто рисковал в такую погоду выбираться из дома, оказалось немного, колёса не успели прогреть дорогу, и Игорю казалось, что машина вот-вот пойдёт юзом.

Он с облегчением выдохнул, когда наконец-то добрался до деревни, отвёз мать в её дом, оставшийся ещё от родителей, и в самое последнее мгновение повернул к бабушке. Смешно было приехать сюда и не навестить Еву Алексеевну.