Да, это одна из основных ценностей здешнего общества. Как говорится, решающими являются традиционные ценности - дом, семья, Отечество - вот ради чего готовы воевать московиты. И воюют они страшно, не признавая компромиссов и не жалея собственной жизни. Даже имперцы предпочитают с ними не связываться. Для полноты картины стоит отметить ещё одно обстоятельство, вносящее свою порцию раздражения в отношения между государствами Альянса.

Начав первыми использовать червоточины, московиты обнаружили и сумели сохранить за собой контроль над несколькими отдельными системами, обеспечивающими кратчайшие маршруты перемещения между государствами Альянса. Эти системы оказались связаны друг с другом дырками и кроме того имели ещё несколько дополнительных путей - в Московию и в другие государства Альянса.

Таким образом, используя особенности найденных систем, можно попасть из одного сектора в другой, скажем из Либерти в Конфедерацию, за кратчайшее время. Эти червоточины даже получили специальное название - "Дорога". Да, именно так, коротко и всем понятно.

Конечно, существовали и другие пути, но они занимали гораздо больше времени и зачастую проходили через системы, контролируемые пиратами. А эти узлы на правах первооткрывателей принадлежали московитам. И за право прохождения по ним берётся пошлина, совсем небольшая и для большинства путешественников и купцов необременительная.

Но с учётом трафика получались вполне приличные суммы. И вот они-то и рассматривались остальными членами Альянса как возможность поправить своё материальное положение. По сути дела, деньги в чужих руках вызывали у всех остальных сильное желание прибрать их себе.

Статья " Политика, общество, жизнь Альянса". Источник - "Энциклопедия картографа. История, факты, предания, байки, легенды картографии".

– Итак, Тим, какие основные типы червоточин ты знаешь?
– задал свой первый вопрос Фрэнк, начиная экзамен, подводящий итог первому году обучения в Школе.

– Современная наука определяет червоточины первого, второго и третьего типов. Возможно, есть червоточины и более высоких уровней, но подтверждённых фактов их существования нет. Да и само наличие "дырок" третьего типа получено только косвенно, прямых доказательств так и не было обнаружено.

Ну да, пришла пора экзаменов за первый год обучения и получения допуска на практику. После успешной сдачи экзаменов и короткого отдыха нам предстояло под руководством инструкторов заняться поисками червоточин. Всё, как обещал Фрэнк на вступительной лекции. Теперь надо немного вернуться назад и вспомнить моё преодоление трудностей на гоночной трассе.

Нельзя сказать, что её прохождение в режиме боевого пилотирования прошло для меня бесследно. Нет-нет, никаких наказаний не последовало, наоборот, отношение инструкторов стало не то чтобы доброжелательным, а более открытым. Как ни странно, выразилось это в дополнительной нагрузке. Мастер-рукопашник кроме простейших упражнений по личной защите заставил меня освоить боевой комплекс "Рекрут", с которого начинают своё обучение все абордажники.

Кроме того, как говорится, дурной пример заразителен, и для многих появился дополнительный стимул в пилотировании - пройти трассу, причём с лучшим временем. Так что теперь существовала даже очередь на полёты по тренировочному маршруту.

Марио, инструктор-пилот, основное внимание заставил меня уделить боевому пилотированию, чаще всего это были учебные схватки с ним или несколькими дронами. Конечно, было и свободное время, когда предоставлялась возможность спуститься на поверхность планеты. Но как-то большого желания проводить там много времени у меня не возникло.

Я конечно посещал различные места отдыха, всяческие карнавалы, фестивали, праздничные мероприятия, проводимые на поверхности планеты, но не вдохновило это меня отдаться подобным развлечениям без оглядки. Наверное сказалось, что я вырос на небольших станциях и уединённых убежищах, где нет возможности широкого общения, и все ведут замкнутую жизнь и предпочитают не лезть в чужие дела.

Не сошёлся я и со своими сокурсниками. Правда, мы совершили несколько совместных походов на планету, посетили различные увеселительные заведения, в том числе и весёлые дома. Но как-то само собой дальнейшее наше общение свелось исключительно к необходимому в процессе обучения, хотя никто не отказывал другому в помощи. А что касается общения с весёлыми девочками, то сам процесс мне понравился.

Но вот сама платная любовь вызывала внутреннее отторжение. Не знаю, наверно это опять издержки моего воспитания и жизни в уединённых местах. Вот во время полётов мне было хорошо. А так же при работе и ремонте техники. Возможно, именно поэтому я много времени проводил в обществе Карла, нашего инструктора, готовившего из нас техников.

Как оказалось, он не только обучал нас в "Школе", но и имел собственный ангар, в котором модернизировал, переделывал и собирал из останков новые корабли. Правда, это были в основном боты, по большей части приспособленные для "дырочников". Как оказалось, о подобном увлечении и занятии Карла знали многие, и состоявшиеся картографы частенько заказывали ему для себя корабли.

Заметив мой интерес к технике, Карл начал приглашать меня в качестве помощника к работе и в свободное от учёбы время. Мне это шло только на пользу, да вдобавок и денежка малая капала. В ходе совместной работы я узнал много нового об отце, вернее о той его жизни, что была от меня скрыта. Он ведь довольно часто исчезал на непродолжительное время. Как мне сейчас стало известно, во время некоторых из своих отлучек он работал с моими сегодняшними учителями.