— А как ты оказалась у бабушки? — сменил скорее тему так как мне было больнее все это слушать, чем ей рассказывать.

— Я вообще ей не родная. Она вторая жена моего деда по отцу. Она пришла к нам домой сообщить что дед умер как раз в тот момент, когда мать меня пятилетнюю малявку лупила за то, что я не смогла одеть трясущимися руками от страха над нависшей надо мной матерью сандалии. Она ворвалась в квартиру и избила мою мать до кровавых подтеков прям у меня на глазах. Я смотрела на это и мне не было ее жаль ни капли. Потом Ба спокойно подошла ко мне и сказала; —Пойдем со мной детка. И я пошла. В тот день я плакала и тряслась от страха в последний раз.

— Ба была шикарная. Она материлась как сапожник, много курила и пила крепкий кофе. И ей было на всех плевать! На всех кроме меня! — Оля улыбнулась, вспоминая бабушку и вывалила на сковородку уже нарезанную ломтиками картошку; —Знаешь, а если б не она мы бы с тобой и не встретились. Это она заставила меня идти на вышку. Хотя я всегда хотела быть просто парикмахером. Я люблю это прям мое. Вижу девушку и в голове сразу всплывает образ, который ей пойдет. — она села мне на колени, и я прижал ее крепко к себе.

— Спасибо твоей бабушке за тебя! — и поцеловал ее. Так мы целовались пока не запахло подгоревшей картошкой. Но в итоге мы съели ее даже такую сидя на маленькой и уютной кухоньке и ни чего вкуснее той картошки не было и уже не будет.

Ольга.

И потекла наша жизнь с Глебом. Как бы я не хотела остаться в своей уютной квартирке полной счастливых воспоминаний, мне пришлось сдаться в крепко вцепившиеся в меня руки Глеба. Я переехала к нему. Он понимал, что дома я сидеть не смогу.

— Оля! У меня для тебя сюрприз. Собирайся! — заявил Глеб вернувшийся домой раньше обычного.

— Ох. Глеб! Все твои сюрпризы плохо для меня заканчиваются. Ты уверен? — я не теряла надежды отказаться от его сюрприза.

— Конечно Вишенка моя сладкая! — он прижал меня к себе и нежно поцеловал, а его руки противоречили его же просьбе и уже стягивали с меня платье.

— Так мне одеваться или? — посмеялась я.

— Одеваться! — сказал Глеб, стягивая с меня трусики; —Только вот я тебя сначала раздену и повалил меня прямо в гостиной на пол на мягкий ковер. Подмял под себя и вошел так словно полгода у него не было женщины, хотя утром мы с ним еле расстались после бурного секса в душе.

— Ох девочка моя сладкая. Только об этом и думал весь день. — говорил Глеб где-то над моей головой страстно входя в меня, быстро двигаясь к развязке.

Это вообще была наша фишка. Мы начинали с быстрого и страстного, животного секса и лишь теряя силы приходили к нежному и долгому занятию любовью. Долго говоря откровенными ласками друг другу о своих чувствах.

Глеб.

Мы заехали в центр города, и я вышел из машины. Обошел ее и помог выйти Ольге.

Мы стояли на против салона красоты.

— Дикая Вишня! — прочитала вывеску Оля.

— Нравиться? — я переживал что она заартачится и откажет мне в принятии такого дорогого подарка.

— Охренеть! — пришла в себя моя Дикая Вишня.

— Я не понял, это да или нет? — хотя по ее лицу было все видно.

— Шутишь? Это просто…отрыв башки короче… — не отрываясь, разглядывая вывеску прошептала Оля.

Я протянул ей ключи от салона, и она поторопилась к его дверям. Открыв его, мы зашли внутрь. У нее был вид как у пятилетней девочки которой вручили розового пони. Она долго бегала от одних парикмахерских и прочих красоту, наводящих причиндал до других и пищала от восторга.

Сердце зашлось от радости. Пока я наблюдал как радуется моя женщина. Моя любимая женщина.

— Глеб! — она наконец-то вспомнила обо мне и повиснув на шее задрала голову и глядя мне в глаза прошептала; —Спасибо…

Ольга.

Прошло три месяца с того дня как мы уехали с Глебом из лесного домика.

Он работал, и я работала. Мы были счастливы.

В этот день я рано проснулась. Меня не покидала одна мысль которая мешала накануне заснуть.

— Куда это моя Вишенка в такую рань собралась? — выловил меня Глеб из душа; —

Иди-ка сюда=ка голенькая, сладкая моя! — он утянул меня обратно в постель.

Покрывая поцелуями все тело, уделив особое внимание моим соскам, он неумолимо спускался вниз. Как только его горячий язык коснулся клитора я сладко застонала.

Этот стон был для Глеба как красная тряпка для быка. Он ласкал меня языком сжимая при этом руками мои бедра и не ясно было, что больше вело меня к оргазму.

Но в итоге он не выдержал сам и к оргазму меня привел его член, который вошел в меня всего раз, прежде чем я кончила.