Шрифт:
Дождавшись когда, наконец, она резко выбросит руку с кинжалом вперёд, он отступил назад и резким ударом ноги вышиб у Беки из руки её оружие. Мелькнув на солнце тот, улетел в толпу, вызвав испуганные крики зевак.
Несколько женщин тут же бросились туда, что бы найти его. Теперь Никитин мог, не боясь мести, со стороны проигравшей нанести ей несколько кровавых царапин, а то и ран. Из толпы, видя, что его противница обезоружена, стали кричать, что бы он пустил девке кровь. Сергей лениво взглянул на оравших и подчёркнуто неторопливо вложил кинжал в ножны.
Из толпы раздались недовольные крики что кровь, мол, не пролилась, но быстро затихли под свирепыми взглядами Морских Сестёр, которых к этому времени набежало уже человек тридцать. Руки девиц демонстративно лежали на рукояти длинных кинжалов.
Видно было, что эти женщины пользовались здесь не особо хорошей славой. Впрочем, в толпе угрюмо глядящей на морских Сестёр у многих из собравшихся тоже были ножи и кинжалы, а кое у кого и боевые топоры и всё это могло завершиться большой кровью. Никитин шагнул к женщине поближе.
– Я думаю, что мы уладили свои проблемы?.
Та с ненавистью посмотрела на него, баюкая ушибленную руку.
– Я ещё не решила, что сделаю с тобой чужак!
– буркнула она.
– Быстро помирись с ним, ты акулий корм!
– вдруг произнёс рядом с ней, чей-то голос.
Девица вздрогнула, весь её воинственный пыл мигом исчез, и она кивнула головой. Сергей подошёл к ней, положив ей руку на плечо и, вскинув другую руку над головой, помахал толпе.
Ворчание сразу стихло, нервное напряжение стало рассеиваться. Раздались приветственные крики и сальные шутки, толпа вокруг них, пришла в движение и стала медленно рассасываться. Шоу закончилось.
Застывшие было фургоны вновь медленно начали пробираться сквозь толпу. Никитин снял руку с плеча Беки и слегка поклонился ей. Она ответила ему кислой улыбкой.
За её спиной стояла женщина лет за сорок. Сорок лет в этом мире - это лицо с глубокими мимическими морщинами и обильная седина, но она выглядела достаточно бодро. Шаловливый ветер отбросил прядь волос в сторону, обнажая исковерканное правое ухо. В отличие от более молодых Морских Сестёр, её груди были полностью закрыты. Вот только на шее и руках болталось заметно больше золотых браслетов, чем у её молодых товарок.
Подойдя вплотную к Беки, она, что то прошептала ей на ухо, после чего девица поклонилась ей и, не произнеся ни слова отправилась восвояси с убитым видом. Вслед за ней поспешили её подруги. Одна из них на ходу протянула ей кинжал, который улетел в толпу, та быстро убрала оружие в ножны.
– Я Бедоро Безухая. Я - Голос Морских Сестёр, под моей рукой ходят десять кораблей. Мы все благодарны тебе за то, что ты не причинил вреда нашей сестре. Бека порой бывает излишне горячей.
– Я Саж Смышлёный, и я действительно не хотел причинять ей вред..
– Я видела ...
– она поморщилась и покачала головой.
– У Беки слишком горячий нрав, когда-нибудь она попадёт из-за этого в очень неприятную историю.
– По-моему её надо побыстрее выдать замуж - пошутил Сергей.
Бедоро холодно посмотрела на него.
– Откуда ты появился парень, что не знаешь, кто такие Морские Сёстры?. Почти все наши женщины, по тем или иным причинам, не могут иметь детей.
– Извините, я не знал этого.
Она внимательно посмотрела на него и покачала головой.
– Я верю тебе парень. Что ты ищешь здесь?.
– Да так всего понемножку..
– неопределённо ответил Никитин.
– Мы здесь остановились в одной гостинице за этим холмом.
Бедоро кивнула, подтвердив что, знает это место.
– Если вы придёте туда ближе к вечеру, то мы можем поговорить более спокойно. Если у вас есть товар, приходите.
Женщина кивнула головой.
– Хорошо!.
– Значит договорились.
Подошёл угрюмый Гафт вместе с его одеждой и Сергей стал одеваться.
– А не ты, ли тот парень, который сумел в прошлом сезоне, уйти из рук "пауков"?.
– вдруг задала вопрос Бедоро поглядев на его волосы.
Никитин усмехнулся ей в ответ.
– Да мне это удалось!.
– Сын демона!. Сын демона!.
– пронесся громкий шёпот между женщинами.
Отношение к нему этих коренастых женщин резко переменилось с настороженного на восторженное. Оказалось, что у них были давние счёты к поклонникам Куту и тот, кто сумел насолить первосвященнику и, небывалое дело, уйти живым из его рук, заслуживал всяческого уважения.