— Блядь, Девочка, — прорычал он и, вогнав ствол до основания, взорвался лавой, обжигая мое горло ядом.

Я ожидала, что на этом все закончится, но как оказалось, это был далеко не окончание. Посадив меня на стол, он вытер мое лицо от слез и слюны и поправив мой ошейник, тихо приказал:

— Руки.

Я протянула вперед запястья в наручниках, а он, проверив, хорошо ли зафиксированы браслеты, посмотрел на меня, и я почувствовала по этому взгляду, что впереди меня ждет продолжение Дьявольской Вакханалии.

Я не ошиблась — рассматривая его спокойные глаза, в которых плескался темный металл, я знала — меня ждет продолжение этой Дьявольской ночи, которую инициировал Черный Лебедь.

Поставив на ноги, Барретт развернул меня спиной к себе и, положив грудью на стол, раздвинул мои ноги как можно шире.

— Руки вперед, — тихо приказал он, и я, вытянувшись вдоль, пыталась ухватиться ладонями за отполированный стол.

Внезапно я ощутила легкие прикосновения к своему клитору и улыбнулась — Барретт возбуждал меня головкой члена, мое лоно узнало этот тонкий шелк, окутывающий сталь.

Искусно выписывая круги на моей плоти, он вошел в меня и сделал несколько фрикций. Сжимая мои ягодицы, он массировал попу и внезапно проник туда большим пальцем, не прекращая своих уверенных движений. На секунду я напряглась, но почувствовав, как Баррет больно сжал мое полупопие, расслабилась и постаралась свыкнуться с новыми ощущениями. Мое возбуждение нарастало все сильнее, низ живота наливался кровью, я стала совсем мокрой, а Барретт, внезапно выйдя из моего лона, зажал член между моих ягодиц и продолжил свои возвратно-поступательные движения.

Я чувствовала, как его ствол, влажный от моего сока, становился массивнее и тяжелее, беспрепятственно скользя между ягодицами, и от осознания, что моему мужчине со мной хорошо, еще больше заводилась.

Но внезапно, когда я совсем этого не ожидала, он раздвинул ягодицы и ввел головку члена в попу.

От неприятных ощущений я вскрикнула и вся сжалась.

— Расслабься, — тихо, но уверенно произнес он и проник немного глубже, давая понять, что он не прекратит задуманного.

Я сжала кулаки и попыталась расслабиться, но боль не оставляла, несмотря на щадящее проникновение. Медленно, но уверенно он входил глубже и глубже, и все, что я могла сейчас сделать в таком зафиксированном положении — привыкнуть к боли и расслабить мышцы.

И мне пришел на выручку мой Черный Лебедь.

"Боль — это тоже удовольствие, только от Дьявола", — тихо прошептал он, и я поняла — мне нужно поменять вектор мысли. Я не могла присутствовать на этом бале Сатаны только как Лилит Ева Харт, именно ипостась Черного Лебедя бросила вызов и закружила эту ночь, а значит я должна была пройти этот путь от начала до конца, сплетаясь с этим образом, но не теряя себя. Наконец полностью осознав, что такое быть с в постели с Дьяволом, я улыбнулась и, повернув голову, произнесла:

— Глубже, Милый, я хочу, чтобы нам вместе было хорошо.

Барретт еще сильнее сжал мои ягодицы и, проникнув еще дальше, остановился, словно прислушивался к ощущениям и давал мне возможность привыкнуть к его плоти.

Я сделала глубокий вдох, полностью расслабляя мышцы, и мой Дьявол, будто зная, что я готова, начал насаживать меня на член в умеренном темпе. Это не были резкие глубокие удары, но я отчетливо чувствовала уверенные толчки. От болевых дискомфортных ощущений я зажмурилась, но сжав зубы, старалась не напрягать мышцы живота и отсчитывала.

Раз. Два. Три. Четыре.

Раз. Два. Три. Четыре.

В этом ритме я уже начала чувствовать музыку, словно Барретт вел меня в неспешном темпе, и я, в этом плотном контакте, стала двигаться в такт, преодолевая боль.

Раз. Два. Три. Четыре.

Раз. Два. Три. Четыре.

Он прошелся по моему позвоночнику, начиная от затылка, и, завершив выписывать штрихи на моей спине, сжал горячими ладонями грудь, прокручивая в пальцах соски. Но болевой дискомфорт не отпускал, и мне было сложно настроиться на нужный лад.

Чувствуя своего мужчину, я понимала, — Барретт и не требовал, чтобы я кончила — ему было нужно, чтобы я расслабилась, и он лишь уверенно вел свое Дьявольское танго, набирая темп.

Раз. Два. Три. Четыре.

Раз. Два. Три. Четыре.

Внезапно он остановился и, выйдя, развернул меня на спину. "Неужели он решил пощадить меня?" — рассматривала я его спокойное лицо, но в следующую секунду он положил меня на стол и, закинув ноги на свои плечи, опять глубоко ввел член.

"Мы лишь сменили позицию в танце", — усмехнулся Черный Лебедь Дьяволу, и я сильно обвила его шею ногами, сплетаясь в Дьявольском Танго со своим любимым, а он, больно сдавливая мою грудь, продолжил вести меня в танце.