С меня хватит. Я просто хотела вернуться назад в Сиэтл.

Я оставалась в комнате весь остаток вечера. Я не хотела ни с кем разговаривать, кроме Сэмми. Я не позволю дому разговаривать со мной.

В пятницу я поеду в Арлингтон с Ричардом. В субботу будет вечеринка. Затем мы сможем уехать. Мне нужно пережить два дня. Будет тяжело прощаться с Ричардом, но в воскресенье я поеду домой. Ничто не сможет остановить меня. С меня было достаточно этого места.

Глава 21

Знаете те колючие ощущения между лопатками… как будто за вами кто-то наблюдает? У меня они были всё утро пятницы. Я жаждала выбраться из Дома Эмбер.

Поездка к портнихе может занять как минимум часа два-три и чем дольше, тем лучше, таково было мое мнение. Я понятия не имела, с чего вдруг Ричард согласился проходить через это тяжкое испытание, но я была благодарна за эту возможность побега. Не только из-за постоянного чувства, что за мной наблюдают. Мама полностью погрузилась в режим подготовки к вечеринке и по дому и саду сновали тучи работников, что было непереносимо. К тому же меня охватило сильное желание любой ценой избежать возможной встречи с Джексоном.

Я сидела возле окна у передней двери в ожидании знакомого звука бимера Ричарда, но вместо этого услышала звук другого двигателя, ехавшего по подъездной дорожке. Автомобиль притормозил перед домом как раз в назначенное время — лимузин. Водитель в черном костюме и в солнцезащитных очках обошел вокруг, чтобы открыть для меня дверцу. Я замерла на ступеньках и уставилась на него.

Ричард высунул голову из машины.

— Парсонс, это Тулли. Тулли, Парсонс. — Водитель кивнул. — Ты идешь, или как?

Не слишком грациозно я забралась в холодную темноту салона.

— Я думала, что за рулем будешь ты. — Произнесла я.

— Папа сказал, что мы можем воспользоваться им. Нужно кое-что сделать в Округе Колумбия. С этим у нас не будет проблем с парковкой. Разве тебе он не нравится, Парсонс?

— С уверенностью могу сказать, что он мне нравится, Хэтэуэй.

Я впервые в жизни оказалась внутри лимузина. Как оказалось, мне здесь понравилось. Внутри везде была черная кожа и лакированное дерево. Я пооткрывала всё, что смогла открыть, посидела на каждом сидении. Затем остановилась на хорошо укомплектованном мини-баре.

— Мы можем что-нибудь взять? — спросила я.

— А что конкретно у тебя на уме? — спросил он, приподняв брови.

— Вишневая кола?

Ричард расхохотался.

— Господи, я-то уж думал… из всего возможного ты выбрала вишневую колу?

— Знаешь что, Хэтэуэй? Ты прав, — ответила я, стараясь не думать о последнем разе, когда я поддалась своей зависимости, в кухне с Розой и… — Может быть, в этот раз пора выбрать свой другой любимый напиток, чтобы я не казалась такой… предсказуемой. Как насчет чего-нибудь из этого? — Я вытащила бутылку «натуральной газированной питьевой воды, смешанной с соком граната и ягодами асаи», что бы это ни было.

Ричард вытащил два бокала — хрустальные — поставил их на выпавший столик, положил в них лёд из покрытого кожей ведерка и наполнил оба бокала напитком. Затем передал мне один из них. Потом, улыбаясь, приподнял свой.

— Я никогда бы не сказал, что ты предсказуема, Парсонс. Твое здоровье!

Мы чокнулись бокалами. Затем Ричард включил маленький телевизор, и мы уселись смотреть комедию, которую я пропустила в кинотеатрах. Хотя я, по большей части, рассматривала людей в других машинах и на улицах, которые поворачивали головы, пытаясь рассмотреть, кто же сидит в лимузине, скрывшись за затемненными стеклами.

Шоссе, по которому мы ехали, проходило по Вашингтону, где я с тоской смотрела на зеленые развертки Эспланады8, желая, чтобы мы могли здесь остановиться и сделать всё, что делают туристы. Вместо этого мы поехали прямо в Арлингтон, в студию портнихи. Она находилась в промышленном районе складов и фабрик, но машина остановилась возле закрытой акционерной компании Марсден, где сосредоточились все первоклассные импортируемые товары.

Мы прошли через стеклянную дверь в комнату, которая могла бы понравиться моей маме. Простая ультрасовременная мебель, чистые линии. Ковер был такой толстый, что в нем с легкостью можно было потерять булавку. Всё было отделано в приглушенных тонах персикового, золотого и бургунди, освещалось непрямым светом, дающим подходяще освещение.

Приятный молодой человек с безупречной внешностью появился, как только мы вошли внутрь. Он мягко пожал нам обоим руки и представился как Стивен. Затем он открыл дверь в салон.

Ричард собрался пройти внутрь.

— Нет, — сказала я, схватив его за локоть.

— Что, — спросил он с шутливым возмущением, — у меня не будет предварительного просмотра?

— Это маскарад. Предполагается, что ты не должен видеть мое платье. Предполагается, что я должна быть загадкой.