– О, Да… Еще! – взвизгнув, простонала она.

От происходящего у меня все поплыло перед глазами. Я потянул ее за бедра и она прогнулась как тянущаяся кошка, замирая в этой позе. И мне хватило одного только взгляда, чтобы мои тормоза слетели. Выругавшись, снова проник в нее пальцами под такие громкие и жадные стоны и ахи, что сам почти кончил.

Да черт с ней! Вжавшись в нее бедрами, я позорно капитулировал в предвкушении удовольствия. И уже ощущал головкой ее горячую, нежную влажность, как Женя вдруг резко одернула меня.

– Стой. Нет!

– Что?! – одурел я, требовательно впечатывая ладонью в спину ее обратно в кровать и не позволяя изменить позу.

– Я не хочу.

– Не хочешь?!

– Нет! Не смей.

Развернув ее одним рывком на спину, в гневе воткнул свои пальцы, испачканные в ее страсти ей в рот.

– Тогда что ЭТО, детка, ммм? – шипел я, трахая ее рот.

Она улыбалась, с наслаждением облизывая и посасывая мои пальцы, а я только и мог, что смотреть, не отрываясь, на все это, совершенно о*уевший!

– Не хочешь?! – еще раз ошеломленно спросил я.

– НЕТ! – отрезала она зло, жадно облизывая губы.

Зарычав, я снова перевернул ее и снова поднял такую притягательную попку вверх. Она задрожала в моих руках, совершенно не сопротивляясь.

– Не смей… – простонала она, соблазнительно выгнув спину.

Шлепок...

Зараза!

Она снова застонала, прогнувшись передо мной еще раз.

Я стоял на коленях позади нее, прижимаясь членом к ее входу, она, подрагивая при каждом прикосновении, включала какую-то странную, оглушающую реакцию, затапливающую меня. Мои пальцы медленно скользили, дразня ее и ожидая, что она сдастся мне, и сама попросит. Я чувствовал как сокращаются ее мышцы под ними.

Хочет!

– Малыш? – простонал я вопросительно.
– Не могу больше...

– Нет… – слетело с ее губ.

Да! Да.

– Туманова!

– Не-е-ет… – протянула она сладким дрожащим голосом.

СУЧКА!!!

– Бл*ть, Жень! ДА! – заорал я на нее, уже требуя, а не умоляя.

– Ммм… ах, нет! Нет… нет… нет... – изводила она меня, постанывая.

После этого ее «нет…», произнесенного полустоном-полушепотом, в котором не было ни единого намека на запрет, а только неприкрытое желание, я не выдержал и, послав все на*уй, позволил животным инстинктам завладеть мною. И ворвался в нее резким рывком, растягивая ее горячую тесноту. Всего несколько таких желанных жестких, сильных, глубоких толчков и мы уже оба улетали.

Окончательно теряя себя под ее сладострастные вопли, я чувствовал, что она вырывается, но... животное и неконтролируемое возбуждение было сильнее. И то, что она рвется из моих рук снесло мне голову напрочь, усиливая в разы мой кайф. Мы взорвались одновременно, улетев в наш персональный рай.

Отдышавшись, я упал на спину и притянул её к себе на грудь.

– Ты такая… Коварная и испорченная девчонка, просто дрянь! – хрипло отругал ее, осознав суть игры, в которую она так ловко втянула меня, но прозвучало это как самое страстное, трогательное и романтичное признание в любви.

– Неплохо, Зорин… Неплохо... – промурлыкала она, посмеиваясь и хныкая одновременно..
– Но что ж ты такой огромный-то...

– Больно?..

– Немного.

– Зараза! Не провоцируй меня... Не хочу так.

– А как хочешь?

– Хочу банально и медленно...

Глаза закрывались.

Она так взбудораживает мои чувства во время секса, что я полностью недееспособен после, хотя обычно могу трахаться всю ночь напролет при желании.

Тело было готово и сейчас, но мозг пребывал в какой-то удовлетворенной прострации, не желая ничего кроме нее рядом, в моих объятиях.

– Зачем? – сонно.

На нее тоже так действует? Она всегда почти сразу засыпает.

– Хочется прочувствовать тебя всю… Сделать все осознанно… Контролировать это, – пытался объяснить я свои желания.
– Когда ты не играешься... Когда открываешься по-настоящему... Это оглушающе пронзительно для меня. И я этого очень хочу.