– Надеюсь, ты раскаиваешься, засранец?! – глубоко вдыхая, и уже спокойнее.

– Ответишь мне на несколько вопросов?

– Да, спрашивай уже! Загнешься тут еще от любопытства… – прошипела она на меня. – Но только на несколько, не превращай вопрос в допрос!

– Кто такая «Любимая»?? – меня внутренне подколачивало, но я старался держать себя в руках и говорить спокойно.

– Это… - закатила она глаза.
– Моя начальница.

Я попытался переварить. Не вышло.

– «Любимая»?

Истерично посмеиваясь Женька развела руками.

– Да!

– Какие у вас… - произнести это почему-то не получалось.

Женя вопросительно подняла бровь.

– Вы с ней?...
– прищурился я.

Она неопределенно помахала пальцами в воздухе.

– Туманова!!!

– Дэн, закрыли тему. Точка. Я больше не обсуждаю с тобой темы моих связей по работе.

В глазах вспыхнуло. Я покусывал губы, пытаясь тормознуть. Но внутри так кипело, что… Мне хотелось сомкнуть пальцы на ее шее и хорошенечко сжать их, чтобы это беспредельное создание пришло в себя.

– Еще есть вопросы?
– холодным тоном.

– Кто такой Макс?!

– Ты всегда такой ревнивый? – цокнула она языком..

– Никогда не был. Это только с тобой, – честно признался я.

– Макс… Мы познакомились, когда вы были на пляже.

Значит, все-таки ТОТ.

– Он покатал меня немного. Просто хороший парень.

– Вы переписывались?

– Да!!
– агрессивно.

– Класс… А мне не было возможности ни позвонить, ни написать.

– Да, Дэн! Мы по делу.

– Какому, на*ер, делу ты могла переписываться с этим пацаном?

– Лёхе нужна была консультация по байку, и я набрала ему Макса. Потом они разговаривали без меня.

– Кто такой Лёха!?

– Да ты, б**ть, невыносим, Зорин! – взорвалась она, кидая в меня подушкой.

– Знаю, Малыш, самому противно. Давай, рассказывай, пока я не напридумывал всякого сам! – взмолился я, уворачиваясь.

– Это… ммм… мужчина Крис и мой друг.

Окей. Я - ревнивый придурок и повода не было. Вроде бы.

– Ладно, Малыш, я почти простил тебе Орцова, – пробормотал я, она захихикала.

– Последний вопрос? – попросил я

– Я есть хочу! Ты меня уморишь со своими допросами, – захныкала она.

Притянул ее к себе в объятья и она забралась на меня, оседлав и укутав снова меня в свой запах. Вдохнув несколько раз поглубже возле ушка, я запустил руки ей под платье, устраивая их на ее упругой попке. Вспомнил, как шлепал ее в ту ночь. Резко стало жарко. Я отстранился, заглядывая ей в глаза, и в них тут же замелькали провокационные, озорные искорки.

Облизнув губы, она зашептала:

– Выбирай, Дэн: вопрос или поцелуй?

– Это нечестно, – застонал я, прижимаясь к ее губам и решив отложить вопросы на потом.

Наши губы соприкоснулись, но она почти сразу отстранилась, не позволяя мне… Между нами заструилось что-то горячее, томящее и невыносимое. Глаза неконтролируемо закрылись. Никогда не целовался с закрытыми глазами. Это офигенно. И сейчас, слегка касаясь ее губ, мне казалось, что я вообще никогда не целовался до неё. Раньше это было что-то механически приятное, совершенно не затрагивающее ничего кроме тела. Моя голова кружилась от незнакомых переполняющих чувств.

Касание губами…

И опять отстранилась.

Мы одновременно тихо простонали. И все нервы от этого звука связались в моем теле в Гордеев узел удовольствия. Самому мне не распутать. Здесь нужен только взрыв!

– Хочу тебя, Малыш…

– Шшш...

Обхватив мое лицо ладонями и, не позволяя мне целовать, она ритмично посасывала и покусывала мои губы, сбивая наше дыхание. Ее большой пальчик обрисовал наш поцелуй и она скользнула им мне в рот, одновременно со стоном впиваясь в мои губы. Это окончательно снесло мне крышу, и я расслабился, позволяя вытворять все, что ей вздумается. Эмоции захлестывали, и поцелуй плавно перетек в агрессивные мягкие укусы. Потеряв тормоза, я рывком подмял ее под себя, распиная и перехватывая инициативу. Она безропотно подчинилась, запустив пальчики мне в волосы.