сменяясь с тихой на шумную и бурлящую - выходили из университетских корпусов студенты, через край наполняя энергией и жизнью все пространство вокруг себя.

– Второй важный вопрос, - вроде как разобравшись с тяжестью первого, попрежнему спокойно и уверенно произнес друг. - Надо решить с твоим статусом.

–  А что с ним не так?

–  Столица, - повел Артем плечом. - Это у нас в городе все про всех знают. Тут слишком много людей. Много возможных конфликтов.

–  У меня достаточно связей, - намекнул я на то, что в прошлый раз его проблемы пришлось решать мне, а не наоборот.

–  Уровень твоих связей гораздо выше досадных неприятностей с дураками. Сам не захочешь их использовать ради мелочей, а жить спокойно ты не способен.

–  Я честно постараюсь быть скромнее.

–  Да не в скромности дело, - с досадой цокнул Артем. - Вот, посмотри сам. Стоит твой холодильник. Рядом ты. Значит, мороженщик. А будет статус - то: уважаемый человек рядом с холодильником. Отношение общества под стать.

–  Предлагаешь мне обзавестись охраной, как у тебя? - Скептически посмотрел я на плечистых ребят, продолжавших держать нас и подходы в фокусе внимания. - На занятия тоже их брать? - Вздохнул я без конфликта в голосе.

–  Я от них в ближайшее время сам откажусь. Это, - повел он рукой в сторону охраны, - временно, до получения статуса.

–  А быть княжичем уже недостаточно?

–  Для особого вида дураков - недостаточно, - к удивлению моему, согласился он. -

Особый вид будет вызывать на дуэли, стараться уязвить словесно, но без прямых оскорблений. Словом, это не поможет.

–  Тогда о каком статусе идет речь? - Слегка запутался я, подумав сначала, что

Артем сватает к себе в свиту.

–  В конце месяца - столичный экзамен на воинский ранг Силы. При большом скоплении людей. Списки высших рангов во все газеты идут, на телевидение.

Подтвержу своего 'Мастера', и любой смертник меня за километр обходить будет.

Так что, Максим, очень прошу - сдай на своего 'Учителя', и увидишь, что большинство проблем отпадут сами. - Остановившись, положил он руку на мое плечо и внимательно посмотрел мне в глаза. - Я бы очень не хотел, чтобы какой-нибудь высокородный сумасшедший об тебя убился. Криков будет - до небес. Тебе же оно тоже не нужно?

– Я очень внимательно обдумаю этот вопрос, - тщательно взвесив ответ,

произнес я.

–  Тут думать мало, тут еще именные бланки на аттестацию подать надо вовремя.

За подписью князя, между прочим. Эта неделя - крайний срок.

–  А можно мне два бланка? - Покосился я на Нику.

Напряжение меж девушек на скамейке было настолько высоко, что наполнивший дорожки народ не рисковал сесть на свободное место между ними,

демонстрируя здоровый инстинкт самосохранения.

–  Бланки на ранги от 'учителя' и выше, остальным обычным порядком можно. -

Уловив направление моего взгляда, сказал друг.

–  Так можно мне два бланка?

Артем посмотрел недоверчиво сначала на меня, потом на Нику, но все же кивнул.

–  Вера! - Окликнул он свою девушку, и та покладисто помахала ручкой, сияя улыбкой и изображая саму безобидность.

–  Ника, холодильник тырят! - Обратил я внимание на опасные поползновения студенческой братии, обнаружившей вещь без присмотра. От окрика те сбежали сами.

А напряжение меж девушек под нашим вниманием тут же схлынуло. Вернее,

тщательно замаскировалось за летними улыбками и кроткими взглядами.

Правда, обрадовались этому не только мы. К дамам тут же двинулись два какихто молодых типа с цветами наперевес.

Первый букет роз от патлатого студента курса эдак третьего достался Вере,

заставив Артема возмущенно засопеть и прибавить в шаге.

–  Ну, она ж звезда ТВ. Это нормально, - поспешил я его успокоить.

Второй - блондинистый до неприличия, в военной безрукавке, намерился всунуть свой веник Нике.

–  А этому я сам шею сверну.

Говорят, мысли способны обретать реальность. Только для хороших мыслей потребен упорный труд, а вот негативные умудряются делать это самостоятельно.

Не прошло и десятка минут с момента предупреждения Артема о мелких проблемах и тех неприятных моментах, которыми они грозят, как у нас с Никой за спиной нарисовалось устойчивое сопровождение из трех юношей, одетых в едином милитаристском стиле. Центральный был знаком – именно ему Ника хлестнула букетом по лицу, и добавил после этого я, не дав парню произнести второе слово,