– Вот и он, – проговорил сэр Павел, и голос его, всегда такой твердый и уверенный, дрогнул. – Вот и он…

Изабелла робко выглянула из-за спины рыцаря: в самом центре огромного светлого зала, в который они только что вошли через широкую арку, на вершине трехъярусной гранитной пирамиды громоздилось мрачное черное кресло с широкими подлокотниками и высокой спинкой. Черный Трон. Выходит, это и в самом деле та самая загадочная Третья Верфь, которую они с сэром Павлом безуспешно искали все эти месяцы? Она в самом деле существует? После неизменно следовавших одна за другой череды неудач Изабелла почти поверила, что старинные легенды врут, а книга, отобранная рыцарем у Франца на Йаззе и прочитанная для сэра Павла обитавшим где-то в Заокраинных Провинциях ученым книгочеем, ведет в никуда.

Книгочея, так же как и Франца, рыцарь застрелил, чтобы тот никому не мог выдать доверенную ему тайну.

– Я знал… – пробормотал сэр Павел, делая короткий шаг вперед, но тут же останавливаясь, словно напоровшись на невидимую преграду. – Я всегда знал…

– Сэр… – Изабелла и сама не понимала, зачем заговорила, – спрашивать о чем-то рыцаря было совершенно не ко времени, уж она-то это понимала как никто другой – не иначе сам хаос за язык дернул.

– Стой! – вздрогнув, сэр Павел резко обернулся. В руке у него был разрядник, дуло которого тут же уперлось девочке аккурат в переносицу. – Ни с места! Не смей приближаться к нему!

Изабелла прикусила язык, сжавшись и всем своим видом демонстрируя покорность.

– Он мой! – выговорил тем временем сэр Павел. Глаза его пылали безумным драконьим огнем. – Черный Трон мой! Только мой!

– Да, сэр… – едва слышно пролепетала девочка.

– Отойди назад! – потребовал рыцарь.

Изабелла поспешно попятилась.

– Нет, стой! – велел, передумав, сэр Павел. – Я хочу, чтобы ты это видела. Смотри оттуда!

– Да, сэр…

– Вот и пробил этот час! – провозгласил тем временем рыцарь. – Час моего триумфа!

Не отрывая пылающих глаз от Изабеллы и не опуская разрядника, он полубоком двинулся к постаменту, достигнув его, взошел на первую ступень, здесь, помедлив, убрал оружие в кобуру, освобождая руки – девочка была уже слишком далеко, чтобы опередить его на пути к трону, даже приди ей сейчас в голову столь безумная мысль, – поднялся на второй ярус, затем на третий, победоносно посмотрел сверху на своего притихшего оруженосца (этого статуса Изабелла удостоилась всего какой-то месяц назад) и торжественно воссел на трон. Лицо сэра Павла, еще за миг до этого злое и напряженное, озарила улыбка беспредельного счастья.

– Ну, вот и все! – негромко и как-то даже устало проговорил рыцарь. – Как говорится, да здравствую Его Величество я!.. Ой! – рука сэра Павла, секунду назад по-хозяйски опустившаяся на подлокотник, резко взметнулась вверх. – Что это еще, к хаосу, такое?!

В следующий миг черты рыцаря исказила судорога.

– Стой! – почему-то закричал он, хотя Изабелла и не думала двигаться с места. – Не подходи! – рука сэра Павла метнулась было к кобуре, но замерла, не добравшись до цели. – Почему? – с мольбой вопросил рыцарь. – Почему?!

Это были последние произнесенные им слова. Столб ослепительно-белого пламени, взметнувшийся над постаментом, заставил Изабеллу крепко зажмуриться, а когда через несколько секунд она все же осмелилась приоткрыть глаза, рыцаря на Черном Троне уже не было.

Ошарашенная, девочка не сразу смогла пошевелиться. Первый ее шаг был вперед, к опустевшему Трону, но, едва завершив его, Изабелла повернулась и опрометью бросилась вон из зала – по коридору и затем наверх, к оставленным там карете и «седлу», у которого, должно быть, пошел отсчет королевского часа.

Стена штольни, вдоль которой она шла, внезапно оборвалась, и Изабелла поняла, что достигла зала с мостами. Ноги едва держали ее – после завершения спуска по спиральной лестнице единственным желанием девочки было ничком броситься на пол и лежать, не вставая, так долго, как только получится, но она помнила, что пройдет совсем немного времени, и мосты, ждущие ее впереди, исчезнут, а значит, медлить было нельзя.

Опустившись на четвереньки, Изабелла двинулась в темноте через темный зал, шаря впереди себя вытянутой рукой, и скоро нащупала провал. Он был неглубок, она знала, но преодолеть его следовало по мосту, и никак иначе.

Ближайший мост – длинная каменная балка – обнаружился в полуярде справа. Кое-как вскарабкавшись на него, девочка все так же, на четвереньках, поползла вперед. Сердце замирало от мысли, что в любой момент опора внизу может раствориться, но слишком спешить тоже было страшно: оступиться во тьме на узкой балке ничего не стоило.

Рука ее внезапно провалилась в пустоту, но это не мост исчез – просто он, наконец, закончился, и, рванувшись в последний раз, Изабелла кубарем скатилась на пол – по ту сторону провала. Вот теперь можно было расслабиться – именно так девочка и собиралась поступить, но какая-то сила помимо ее воли заставила Изабеллу вновь подняться на ноги и повела покачивавшуюся через тьму к дальней стене зала – туда, где должны были находиться плотно прикрытые двери – долгожданный вход в Храм. И, лишь отворив их и переступив порог, Изабелла позволила себе рухнуть наземь, успев, впрочем, заметить где-то далеко впереди слабый отблеск света. Отблеск, быть которому в давно покинутом всеми Храме вообще-то не полагалось.