Я стоял, смотрел на нитку мокрого следа, что остался после него и уже подмерзающей лужицей возле меня и сам чуть не плакал. Голос. Тот самый чужой голос. Я вдруг понял, кого он мне напоминал. Так говорил Янус – высокомерно, брезгливо, с высоты своей силы. Так говорил Разрушитель!

Я согнулся. Сильная дрожь пробежала по телу, взорвалась разрядом где-то в животе и меня вывернуло. Прямо на заснеженную дворовую дорогу и на сапоги. Я отошел, пошатываясь, словно пьяный. Наверное, со стороны выглядел именно таким. И поплелся домой.

– Хозяин, а я проснулся, тебя нет. – встретил меня Лапоть. – Во рту точно кошки хороводы устраивали и, главное… Хозяин.

Он на мгновение замер и тут же бросился снимать грязные сапоги.

– Это что же… что же…

– Пиво и желудочный сок, – меня немного колотило, будто я провел несколько часов на морозе, – пиво, кстати, неплохое. Не та моча, что я беру. Тебе бы понравилось.

– С тобой-то что? На тебе лица нет.

– Потерял я лицо, Лапоть. Взял и потерял.

Я прошел в ванную, раздеваясь на ходу. Включил воду и залез внутрь, не дожидаясь, пока ванна наполнится. Меня колотило все сильнее и сильнее, точно мышцы сковала судорога. И когда думал, что сейчас хватит удар, постепенно отпустило. Это произошло не одномоментно, спустя какое-то время, я даже сам не заметил. Как наревевшийся ребенок переходит на короткие всхлипы и вдруг затихает, устав плакать. Я замер в горячей ванне, полностью опустошенной сегодняшним днем.

– Хозяин, пирог сладкий испечь или кулебяку? – с той стороны двери послышался голос Лаптя.

– Что хочешь.

– Ага, значит, и то, и другое. Щас, я быстро.

Я полежал еще, пока вода не остыла окончательно и выбрался. Эмоциональная истерика прошла и стало чуть лучше. Вытерся и пошел в комнату. Квартира уже наполнилась запахом пирога. Когда только Лапоть успел? Сел на диван, включил телевизор на случайный канал и уставился в очередную юмористическую передачу. Минут через пять понял, что не слушаю происходящее на экране, а машинально верчу нож, вытащенный из мешка.

Вот ведь, даже не заметил, как он оказался в руках. Убрал его в интерфейс и обратил внимание на сиротливо лежащий там же свисток. Тот самый, который Троуг беззастенчиво спер у Прыгающего. Совсем забыл про него. Вытащил, повертел со всех сторон, приложил к губам и дунул.

Видимо, свисток был каким-то ультразвуковым. Вроде тех, которыми отпугивают собак. По крайней мере, я почти ничего не услышал. Зато передо мной после хлопка материализовался испуганный Лапоть. Он подпрыгнул, схватил меня за плечо и стащил на пол.

– Молчи, хозяин, Христом Богом прошу.

Я хотел было спросить – на самом деле домовой верующий или это просто фигура речи, однако в этот момент в окно стукнуло. Бум! Словно крупная градина ударилась в стекло. И сразу зачастило, как во время дождя. Бум! Бум! Бум! Бум! Бум!

– Где ж ты такую вредную безделицу взял? – прошептал Лапоть.

– Где взял там уже нет, – еще тише ответил я. Хотя мог и не стараться, «град» не утихал, – а что там?

– Да самые бесполезные и вредные из всех живых существ, какие только бывают, – со злобой ответил мой приживала.

Тут уже мое любопытство достигло такого небывалого уровня, что я тихонечко поднял голову и выглянул в окно. В первое мгновение меня ослепило. Будто некто умалишенный обложил стекло многометровой новогодней гирляндой, а потом включил. И только после я разглядел флюориков. Это ж сколько их тут было? Я нервно сглотнул и вернулся к домовому.

– Лапоть, родненький, это что же, они теперь все время тут будут? Сейчас какая-нибудь бабка в окно выглянет и все. Скажет, облучаю. А потом вдруг и Стражи услышат. Тоже по голове не погладят.

Моя недавняя апатия сменилась паникой. Простой рецепт, как избавить человека от депрессии – подкинуть ему задачу, которую необходимо решить в короткие сроки. Вот только что-то у меня решалка категорически отказывалась работать.

– Ничего не будет. Кабы дело в деревне было или в селе, то туго бы пришлось. Существа глупые, бесполезные, одно беспокойство от них. Иной раз для лампы заведут такого, но рой в дом пустить – беда, – рассуждал Лапоть, лежа на полу. Он оперся на локоть, закинул одну ногу на другу и почесывал свою бороду. Ну чисто Сократ! – Но то деревня. Там шума нет. А тут город, – домовой важно поднял палец вверх.

– И что город?

– Тут вечно что-то грохочет, гремит, скрежещет. Эти же паразиты страх как резкие звуки не любят.

И мой мудрый домовой оказался прав. Со стороны проспекта раздался вой сирены и тут же шум крыльев за окном стих. Я аккуратно выглянул – флюорики срывались с места и покидали облюбованное стекло. Прошло несколько секунд и ни одного не осталось.

– Обычно в городах не селятся, – поднялся на ноги Лапоть, – в лесах или у рек.

– Ну так и есть, – я достал смартфон.