Головы начали мелькать во всех проемах. Но они показывались и скрывались настолько быстро, что прицелиться ни один, ни другой не успевали.

– Не надо следить сразу за всеми, – тихо произнес Горостон, – давай вместе сосредоточимся на ближнем тоннеле.

Их стрелы повернулись в направлении обозначенной цели. Друилзу было неудобно держать в одной руке и лук, и факел. Он медленно отпустил тетиву, приспособил основание факела сзади, за воротом, и снова встал на изготовке.

Неизвестное существо, словно испытывая терпение стрелков, не появлялось долго. И вдруг высунулось. Тут же в него впились две стрелы, выпущенные Горостоном и Друилзом одновременно. Из проема донесся визг, а затем послышались звуки бьющегося тела. Услышав такие звуки, оба стрелка крайне удивились: визг пещерного существа совершенно не отличался от истошного визжания сутулых, когда те выбегали из деревни и совершали нападение. Доставая из колчанов стрелы, они озадаченно переглянулись.

– Кое-что проясняется, – сказал Горостон.

Тем временем звуки из тоннеля стали удаляться. Друилз раздраженно произнес:

– Он живой. Мы его не убили, только лишь ранили. – Переходим к следующей дыре. Этот уже не вернется.

– Переходим, но нельзя упускать из вида и эту. Раненые звери ужасны, они особенно опасны.

Из тоннелей некоторое время доносились до слуха сопение, хлюпанье, шум от возни перемещающихся таинственных обитателей пещеры. И вдруг, как по команде, все умолкло. От воцарившейся тишины сделалось неуютно, страх нарастал и усиливался. И не зря. Сзади, с каким-то ужасным скрипом и громким лязгом раздался грохот открывшейся металлической двери.

– Они сзади. Бежим! – выкрикнул Горостон. – Быстрее! быстрее!

Через узкий проход, по которому только что прошли, пригибаясь под низким потолком, пронеслись во весь рост, не заметив никаких неудобств. Даже не почувствовали, как сносили с потолка своими затылками клочья и целые пласты провисающих наростов мха. Вырвались на простор и тут оцепенели от увиденного. Возле неизвестно откуда возникшей железной двери стояли две невообразимо уродливые твари. Схожих и одновременно различных. Одна была похожа на огромного кабана с человеческой головой. Ее туловище покрывала длинная темно-коричневая щетина. Другая, наоборот, походила на человека, но с головой кабана. Тело ее было такое же сутулое, как и у зарубленных деревенских танцоров, только вместо пальцев – кривые острые когти. Вытянутая кабанья морда с налитыми кровью глазами и торчащими из пасти огромными клыками выглядела устрашающе, ужасно.

Руки Друилза держали лук твердо, но лицо от ужаса побледнело.

– Мы погибнем, – произнес он едва слышно. Защититься от этих тварей, а тем более победить их не возможно. Этот, со свиным рылом, отхватит голову, не успеешь и пикнуть.

Чудища в одно мгновение оценили жертв и рванулись в бой. Друилз успел выпустить стрелу в раскрытую кабанью пасть. А Горостон в этот момент махал перед собой мечом с таким проворством, что обе твари встали как вкопанные буквально в трех шагах. Друилз тоже выхватил меч и резко дернулся с места, чтобы нанести удар по шее двуногого чудища, которое проглотило стрелу. Но оно словно споткнувшись, потеряло равновесие и упало. А меч по инерции врезался в спину второго зверя. Он взвизгнул от боли, яростно заметался, сбил с ног своей массой обоих и стал носиться взад и вперед, чтобы затоптать поверженных своими ногами. Метался так стремительно, что подняться с земли никак не удавалось. А в лежащем положении невозможно было замахнуться мечом. Но защититься все же удалось. Друзья, как сговорившись, выставили перед собой лезвия. Взбешенный кабан с человеческой головой то и дело натыкался на острие, отскакивал в сторону и снова с остервенением повторял свои попытки растоптать лежащих. Друилз все же выбрал момент, вскочил на ноги и нанес удар куда попало. Меч вонзился опять в спину. Вслед за Друилзом вскочил и Горостон, так же, не успев приловчиться, махнул своим оружием. И его удар тоже пришелся по туловищу. Зверь бросился на Горостона, но в бок ему вонзил свой меч, как копье, Друилз. Зверь дико взвизгнул и помчался к выходу из пещеры. Раненое копьем чудище подбиралось к стенке свода. Оно скребло когтями землю и пыталось подняться. Друилз на ходу одним ударом отрубил его жуткую голову и бросился вдогонку за кабаноподобным существом.

Горостон устремился вслед за ним, но почувствовав новую угрозу, оглянулся: из двери выбегало еще множество страшилищ. Он остановился, собрал последние силы, быстро стал рисовать в воздухе магические знаки и шептать заклинание. Целое стадо ужасных тварей уже было совсем близко. Вдруг прямо перед ними возникла стена из зеленых пронзающих лучей, которые мелькали с невероятной скоростью во всех направлениях. Передние преследователи наткнулись на нее и отскочили как ошпаренные. Задние перескакивали через них, тоже, ударяясь о стену, отпрыгивали кто куда. В результате, обезумев от невозможности преодолеть препятствие, они столпились в большую кучу и исступленно крутились на одном месте. Возникла дикая давка, сопровождаемая истошным визгом, злобным воем, рычаньем и ревом.

Чудовища все прибывали. Десятки мощных туловищ подпирали столпившихся у стены, в которой мелькали пронзающие лучи, теснили их и прижимали к смертельно опасной границе. Затем давка сопротивлявшихся натиску извне превратилась в бурлящий котел. Им уже не удавалось отскакивать от стены. Пронзенные лучами, они падали и оказывались под ногами. Пытаясь высвободиться, некоторые начали клыками и когтями друг друга рвать. Из растерзанных тел в разные стороны брызгали струи крови. От злобы и боли твари издавали отчаянный, душераздирающий громкий рев, от которого содрогались даже своды пещеры. Несколько зверей вырвалось из котла. Разъяренные, они понеслись от опасности к узкому проходу, сталкивая и подминая под ноги бежавших им навстречу. И в то время, когда одни сбивали и давили себе подобных, другие, воспользовавшись случаем, остервенело отрывали от затоптанных куски мяса и проглатывали их, пока сами не оказывались сбитыми и раздавленными. Тогда на них с таким же диким визгом набрасывались остальные, и между ними начиналась свирепая схватка за добычу.

Горостон представил, что могло бы произойти с ним и Друилзом, не сотвори он защитную стену, и вздрогнул от одной только мысли. Отвернувшись от ужасающего зрелища, он осторожно, чтобы не споткнуться о камни, валявшиеся на полу, которые в слабом свечении зеленых лучей не были видны совершенно, пошагал к выходу на помощь Друилзу. Его силы были на исходе. От голода и усталости во всем теле ощущалась мелкая дрожь, как от озноба. Оно сделалось вялым. Мысли путались, словно в полудреме. Не хотелось думать ни о невероятном спасении, ни о предстоящей схватке с раненой тварью. Все сделалось безразличным. Желание было только одно: поесть и уснуть. Он уже не шел, а брел, и каждый шаг давался все труднее. Под отяжелевшими веками глаза слипались.

Но вот в конце пещеры появился голубоватый свет. Это оказало на мага необъяснимое воздействие. Он пришел в себя, даже взбодрился. Осознал, что несмотря ни на какую усталость надо спешить на помощь Друилзу. И прибавил шаг.

На улице было необыкновенно светло. Горостон взглянул на полную сияющую луну и подумал: «Вдыхать свежий воздух и видеть небо – как это важно для человека». В нескольких шагах от входа в пещеру горел воткнутый в землю факел. «А где же Друилз?» – тревожно пронеслось в голове. И тут же послышался топот ног и хруст веток. Горостон побежал на шум. Неподалеку за деревьями увидел друга и облегченно вздохнул. Друилз тоже заметил мага. Горостон подбежал к нему ближе и хрипливым голосом спросил: