А перед финальным днем ярмарки, Димка проснулся от того, что вдруг четко в голове услышал голос Принцессы: "Рабочий режим восстановлен", и через паузу она добавила "Как же он меня достал..." Вот это было самым неожиданным. Димка привык к простому и функциональному языку базовой программы, а здесь было нечто новенькое.

– Принцесса, ты это обо мне сейчас говорила?
– спросил он.

– Нет, конечно. Как я могу говорить о своем носителе гадости?

– Тогда о ком?

– Да... пытался здесь внедриться один тип, пришлось принимать соответствующие меры, но у него ничего не вышло.

– Принцесса, но сдается мне, что и ты как-то прокачалась. У тебя появился новый словарный запас, ты стала рассуждать, да и вообще, производишь впечатления не программы, а живого существа.

– М-мм, - на мгновение задумалась она.
– Согласна. Я стала более разумной, у меня вдруг появились новые блоки данных, новые возможности, я еще полностью не протестировала всех улучшений, потому что не все базы встали корректно, многие оказались заблокированными, но я над этой проблемой уже работаю.

– Так это в том разрушенном храме и пытался внедриться в меня... хм точнее в тебя чей-то вирус?

– Это не вирус, но да... Там была такая попытка, и я практически ничего не могла сделать, но при инсталляции произошел сбой и мои логи показывают, что функционал программы не нарушен, а даже наоборот расширился.

– Прости, но это связано с тем, что мои татуировки стали менять цвет?

– Это побочный эффект из-за модификации встроенных доспехов. Сейчас я запущу полную диагностику твоего организма. Минуточку...
– Димка полностью проснулся и сел на кровати. Такого он точно не ожидал, что программа станет разумной и с ней получается вести полноценные беседы, но то, что потом сообщила ему Принцесса - заставило его слегка опешить, а потом и рассмеяться.

– Диагностика завершена, - доложила она.
– Все органы работают нормально, но мои датчики показывают, что с момента моего внедрения в это тело, у вас ни разу не было менструации...
– Глаза у Серебрякова полезли на лоб.
– Поэтому я делаю вывод, что ваш организм - беремен. Мои рекомендации...

– Как беремен!
– вскричал Димка.
– Да ты что? Я же мужик! У Мужиков не бывает беременности.

– Почему мужик?
– в голосе программы явно прослеживалось человеческое удивление.
– Я же женщина?

– Ты программа!

– Я уже не программа, я разумна и я женщина!
– с вызовом заявила Принцесса.

– Хорошо, - сдался Дима.
– Ты женщина, но я-то мужчина?

– То есть ты хочешь сказать, что мой разум женщины засунули в мужское тело?

– Послушай Принцесса, я сам ничего не понимаю. Сначала ты была простой программой, женский голос у тебя установился, как ты сама мне объясняла, что я, Дмитрий Серебряков - рос без отца, и моя мама - имеет для меня высший приоритет. А теперь после внедрения вируса...

– Это был не вирус.

– Хорошо, внедрения другой превалирующей программы, ты вдруг превратилась в разумное существо с женским началом.

– Я им и была!

– Хорошо, была, но в моём мужском теле!
– сделал акцент он на слове мужском.
– Ты понимаешь? В мужском!

– И как мне быть?
– в её голосе послышались плаксивые нотки.

– Ну..., - задумался он.
– Я не знаю, но может быть восстановить прежнее состояние? Так сказать отмотать назад винду?

– Этого у меня не предусмотрено!
– категорично заявила она.

– Тогда привыкай!
– хохотнул Серебряков.
– И побыстрее, а то мне не хотелось бы, чтобы у меня в голове жила программа истеричка.

– Я не программа...

– Хорошо-хорошо не программа, - стал успокаивать её Димка.
– Но нам ведь как-то придется вместе существовать, я же не могу выкинуть тебя из своего тела?

– Хм..., - задумалась она. Из своей практики общения с девушками Серебряков знал, что торопить женщину -- то же самое, что пытаться ускорить загрузку компьютера. Программа все равно должна выполнить все очевидно необходимые действия и еще многое такое, что всегда остается сокрытым от вашего понимания.

– Ну ладно!
– через минуту услышал он примирительный голос Принцессы.
– Придется нам как-то уживаться, хотя для меня это и не привычно.

– Точно!
– подбодрил ее парень.
– Давай жить дружно!

Ярмарка завершилась и, разобрав декорации, труппа вновь отправилась на свою баржу. Прибыль разделили на всех и Диме выдали приятный и увесистый мешочек с фарангами, где среди серебра и меди сверкали редкие золотые монеты. За время ярмарки он успел немного прибарахлиться по одежде и домашней утвари. Загружая реквизит на баржу, Димка постоянно оглядывался по сторонам, ожидая неприятностей, но Сарти заметив нервозность парня, успокоил того.