– Ну вот видите! – сердится Либле. – Разве я не говорил! Это же не железный лом, чтоб его под камень, совать. Ох, барышня, барышня! Будьте хоть теперь так любезны и отойдите подальше, не то упадет вам камень на ногу, а ноги будет, конечно, больше жаль, чем зонтика.

– Ах, он и так уже был старенький, – говорит барышня, отбрасывает поломанный зонтик в сторону и упирается в камень руками.

– Этого еще не хватало! – Звонарь, несмотря на злость, не может удержаться от смеха. – Ну, теперь нам горя мало, за сегодняшний день все поле от камней очистим.

– Хорошо, – отвечает девица. – Я к вам наймусь на поденную работу, сколько будете платить?

– Дело хозяйское, – замечает звонарь, кивая головой на управляющего.

Тоотс поглядывает на тонкие, нежные пальчики барышни и ухмыляется. Ручки эти еще белее и меньше, чем у хозяйской дочери с хутора Рая. На одном особенно красивом пальчике сверкает кольцо, украшенное драгоценным камнем, а на тыльной стороне ладони виден едва заметный шрам. Да, таким ручкам можно было бы платить хорошее жалованье. На работе, конечно, от них большой пользы не дождешься, но зато…

– Не знаю, сколько спросят, – отвечает он.

– Чтобы можно было прожить.

– Ха-ха-ха, – хохочет Либле, – чтобы можно было прожить! Да на этой работе барышня себе и на зонтик не заработает.

– Ну ладно, – отвечает девица Эрнья, – я и не требую поденной платы, мне хочется только, чтобы господин Тоотс иногда заглядывал к нам. В награду за это я буду сюда приходить и помогать, если он вовремя не справится с работой.

– Это другое дело.

– Ну, а теперь камень на месте, давайте отдохнем и покурим. Потом возьмемся за другой! Это же очень веселое занятие! – Сказав это, девушка усаживается на камень и протягивает Тоотсу свою маленькую ручку.

– Неужели… – бормочет Тоотс. – Неужели вы курите?

– Само собой разумеется. Давайте-ка сюда!

Управляющий подает ей папиросу, закуривает сам и улыбаясь ждет, что будет дальше. Либле трясет головой и приступает к огромному камню.

Девица нерешительно затягивается папироской, и отгоняет дым как можно дальше от себя, затем спрашивает:

– А скажите, господин Тоотс, есть у вас такой школьный товарищ – Тали?

– Да, есть. А что?

– Нет, ничего. Тээле иногда вспоминает его. Он сейчас в Тарту?

– Да.

– Интересно было бы его увидеть.

– Вот как. Он обещал приехать сюда, в деревню… к лету.

– Тээле рассказывает иногда о нем. Видимо, он очень интересный человек. Ах да, чуть не забыла: Тээле тоже шлет вам привет.

– Благодарю!

– Вчера она особенно часто вспоминала вас.

– Да? Очень… очень приятно.

Наступает пауза. Либле в это время кряхтит и пыхтит с еще большим азартом. Девушка снова затягивается папиросой, резко выпускает струю дыма, отгоняя ее подальше, и вдруг выпаливает:

– А мне господин Кийр не нравится.

– Почему? Кийр довольно бойкий малый. Только вот, что портной…

– Да нет, – живо возражает девушка, – пусть хоть портной, хоть кто, но он слишком… слишком скучный! У него всегда такой вид, точно с ним стряслось какое-то несчастье. А в последнее время это чиханье – действительно уже слишком! Когда поезд тронулся, он хотел еще что-то крикнуть из окна вагона, но помешало чихание. Только и удалось сказать: «Апчхи!»

– А это хорошая примета, – улыбается управляющий.

– Возможно.

Снова воцаряется тишина. Девушка бросает папиросу встряхивает своей хорошенькой кудрявой головкой и с улыбкой поглядывает на Тоотса. Управляющий не может выдержать этот взгляд, он срывает лист чертополоха и растирает его меж пальцев.

– Да-а, – вполголоса тянет он, лишь бы что-нибудь сказать.

– Ну хорошо. – Барышня Эрнья собирается уходить. – Значит, твердо решено, вы придете. Муж моей тети очень хорошего о вас мнения и ставит вас в пример другим молодым людям. Да, да. Он тоже не прочь с вами потолковать; недавно спрашивал, куда это вы запропастились.

– Ладно, приду, приду, как только смогу. Передайте от меня привет тете и ее мужу, а также… Тээле.

Лукаво кивнув головой, барышня Эрнья снова протягивает Тоотсу свою нежную ручку, берет сломанный зонтик под мышку и направляется к дороге.

– Только не рассказывайте нашим, что я здесь курила. Не предлагайте мне там папирос! – кричит она уже издали.

– Нет, нет! – кричит в ответ Тоотс и с усмешкой глядит вслед необычной гостье.

– Ну, – ворчит после короткого молчания Либле, – ежели такие гости к нам зачастят, мы с работой недалеко уедем.