«Узнал чей-то страшный секрет - поделись своим, и впредь вы будете на равных. Уничтожение одного станет концом для другого, и вы будете присматривать друг за другом. Всегда и везде. Это больше чем дружба. Это связь, которую способна разорвать только смерть», - с некоторых пор считал я, вдохновленный трудами малоизвестного философа Шартискаля.

– Если все, что ты сказал правда, тогда ответь мне на простой вопрос - как меня зовут?

– Эментария Кардис, - легко ответил я.

– Этого никто не знал. Даже он, - потупив взгляд, пробубнила она себе под нос.

А я тем временем продолжил перечислять ее достоинства, стараясь цифры и уровни приводить в примерах. У нее от такого глаза на лоб полезли.

– Почему ты мне все это рассказываешь? Мог бы просто промолчать, - спросила Эментария.

– Мог бы, - подтвердил я и спросил у нее: - Но ты ведь останешься в Башне, когда архимаг свернет время, так?

Она кивнула.

– Я здесь будут заперт на следующие десять лет жизни, так что друзья мне не помешают. А между друзьями, настоящими друзьями, не может быть секретов. Вот почему.

– И только?
– прищурившись, спросила она.

– И только, - ответил я, ничуть не лукавя.

Как-то странно на меня посмотрев, Эментария развернулась и пошла дальше, обронив:

– Идем, а то опоздаем.

Пройдя через сад, мы вышли на небольшую площадку. Дорожки, скамейки, беседки - все было сложено из белого как мел камня. Раз в месяц ученики могли здесь повидаться с близкими и друзьями. Но вот, миновав и ее, мы подошли к Башне.

Вид Башни издалека казался внушительным, однако, подойдя к ней на сто шагов, понимаешь, что она просто огромна. Смотришь вверх, и приходится голову запрокидывать до конца, а чтобы обойти ее по кругу понадобится минимум час.

Но я знал, что это лишь малая часть всей Башни. Что подземных ярусов у нее гораздо больше, чем наружных.

Привычного людям входа Башня не имела. Сложенная из массивных гранитных блоков стена, стоило нам подойти к ней поближе, как кусок в два человеческих роста в высоту и столько же в ширину вдруг отошел и, бесшумно сместившись в сторону, явил проход в Башню.

Но открывался проход не по щучьему велению. За секунду до того, как стена сдвинулась с места, простенькое кольцо с голубым камнем в оправе на правой руке Эментарии засияло, а когда проход полностью открылся, угасло.

Обернувшись ко мне, она сказала:

– Я говорю, ты молчишь. Все ясно?

– Вполне, - отвечаю я.

– Тогда идем.

В ярком белом свете, льющимся с потолка, мы неторопливой походкой шли по пустому как стрела коридору минут пять, прежде чем Эментария неожиданно не остановилась на, казалось бы, пустом месте.

– В чем дело? Почему встали?
– тут же стал я ее донимать.

– Молчи, - шикнула она на меня.

Не прошло и минуты, как за спиной вдруг раздался мужской хрипловатый голос:

– Мила, кто это с тобой?

«Мила?».

Обернувшись, я увидел молодого человека, немногим старше двадцати, с черными как уголь вьющимися волосами и слащавым лицом, одетого в мантию ученика.

Пробежавшись по его характеристикам, я сразу понял, как он сумел незаметно к нам подобраться. Магия Света среднего уровня, или как некоторые ее еще называют магия иллюзий, и не на такое способна в столь хорошо освещенном месте.

– Потеряшка, - посмеиваясь, ответила она ему.
– Ты же знаешь, от детишек вечно одни проблемы.

Ученики все-таки не монахи и дружеские отношения часто перерастают в любовные. Отсюда не редкость появление в стенах Башни младенцев и, чтобы не разлучать детей с родителями, здесь для них выделили целый ярус.

– Да уж, кому как не мне, - тяжело вздохнул он.

– Слушай, может отведешь его к остальным, а я обратно вернусь, пока наставник Бараки не заметил моего отсутствия?

– Прости, не могу. Я сегодня один на страже и не могу отлучиться.

– Понимаю, - протянула Эментария и спросила: - Ну что, мы пойдем?

– Не возражаешь, если составлю тебе компанию?
– неожиданно предложил он.

– Нисколько, - чарующе улыбнулась она.
– Как, кстати, поживает Вилетта?

– ....

Всю дорогу они болтали без умолку, и на меня даже внимания не обращали. Но, как она и просила, я молчал.

Уши уже начали вянуть от их воркования, когда впереди показалась высокая арка с остроконечным сводом, за которой собралась толпа разношерстно одетых людей всех возрастов, начиная от совсем юных подростков, заканчивая мужчинами и женщинами ближе к тридцати, чем к двадцати.